Интересно, а она знает, что я знаю, что мой ребёнок в теории способен её убить? Но как только попытается вытянуть силу из Илли, она умрёт, а вместе с ней может пострадать и Алиса… Здесь нужна настолько тонкая работа, что я понятия не имею, кто может с ней справиться, не причинив вреда девушке.
─ Ты всегда была слишком тщеславной, ─ упрекает её Смерть, осторожно двигаясь в её сторону, и к нашей неожиданности богиня материализует в ладони кинжал, от которого во все стороны расходятся чёрные дымчатые ленты. Лекс позади смачно ругается, заставляя Тьму победно расхохотаться, и я узнаю в оружии кинжал Мары – точно такой же у меня отобрал Смерть. ─ О, добралась до сестрёнкиного ножичка?
─ Может быть, но это чувство позволило мне выжить и, без обид, но ваша сестра дура, каких поискать. Да и сынок мой, умом скорбный, неудачник ещё тот! ─ Она ранит ладонь и слизывает с лезвия кровь, а затем вновь обращает взор на меня. ─ Давай не будем терять время, прелесть, и пойдём уже со мной – тогда, возможно, никто не пострадает. Хотя, мы можем и поиграть, но тогда я сделаю всё, чтобы эта девочка умерла самой мучительной смертью, как и остальные, ─ ведёт остриём почти до сгиба локтя, и выступившая кровь превращается в чёрный налёт, ─ а потом найду новое тело… Скажем, твой вампир выглядит весьма аппетитным. Как считаешь? В нём столько вкусных эмоций… ─ облизывается она.
Лисица не согласна ни с одним исходом, оттого и рык прорывается наружу яростной волной небывалой силы, отчего по воздуху проходит рябь, но Ник вовремя удерживает от опрометчивых поступков, задвигая к себе за спину.
─ У вас нет выхода, ─ печально вздыхает богиня. ─ Никто не сможет сюда прорваться, потому что ловушка была выстроена заранее. Вам давно надо было сдаться и понять, что из этой затеи ничего не выйдет, а тебе, Высший, ─ говорит моему хищнику, ─ лучше было бы оставаться мёртвым – тогда ты быстрее бы встретился со своей охотницей и дочуркой. А так зря силы тратили. Инрем вам не отбить.
То, как зол сейчас мужчина, не передать словами, и я знаю, насколько показательна его сдержанность, только вот чувствуется в его эмоциях что-то, чего мне пока не постичь, а это значит, без моего ведома наверняка затеялся какой-то план.
─ Так ты хочешь единоличной власти? ─ вновь лезет Смерть, дразня мать тем, что каждый раз подходил всё ближе, а потом опять отступал, словно танцор перед опаснейшей гадюкой. ─ Правда надеешься, что расплодившиеся твари – идеальные питомцы для нового мира?