Эбесу не хватало опыта и знаний, чтобы понять. Но упорства и ума было достаточно, чтобы искать ответы, вместе с тем развивая альтернативный способ призыва демонят. И этот призыв сработал, а Эбес наконец-то стал расти как призыватель. И вместе с тем догадываться, что Мессер планирует его использовать в качестве сосуда.

— Но я никак не мог понять, каким образом он преодолеет конфликт сил. И я боялся, очень. Я знал, что моя семья мне не может. Родители, даже если вдруг захотят, то не смогут, а дед... дед, скорее всего, заодно с Мессером. И еще с одним человеком, который тоже как-то заходил, чтобы оценить мой талант.

— Акреон, — тихо сказала я.

До этого я могла исключительно слушать, ведь Леф аккуратно и абсолютно безболезненно снимал с меня не только блокировку, но и заклятие крови. Разумеется, под присмотром Руфиуса. И в этот раз, несмотря на длительность процедуры, я не ощутила ни одного побочного эффекта, словно с меня плащик сняли, а не магию на крови. Так что теперь я могла полноценно поучаствовать в разговоре. Мне тоже было что сказать.

— Да, он. Тогда я понятия не имел, как его зовут. Он не представился, а я не спрашивал. На самом деле, тогда я чувствовал себя ужасно, — горько улыбнулся Эбес. — Мне было трудно сойтись с другими студентами, потому что я боялся выдать свой возраст, с семьей отношения не лучшие, а из-за непрерывной серьезной учебы в детстве у меня не было даже приятелей, не говоря уж о друзьях. Именно поэтому, когда ты, Вилина, стала следить за мной, а после пришла поговорить, я никому и не пожаловался. Мне стало намного проще, когда я мог хоть с кем-то поговорить, пусть это и человек, которому я ужасно завидовал. А еще я точно знал, что ты никоим образом не связана с Мессером или Акреон.

— Почему ты был так уверен?

— Потому что тогда я бы им не понадобился, — ответил Эбес. — Вся суть создания «сосуда» с магией — это выбор максимально талантливого человека, чьи силы потом доводят до пика. Выбирая по силе между мной и тобой, выберут тебя. Так что, в некотором роде, ты мой единственный друг по академии.

Эбес улыбнулся чуть неловко, но это и понятно: ему трудно было говорить такие простые и милые вещи.

— А потом я украла твое исследование, — вздохнула я, чувствуя приличную вину.

— Я знал, зачем ты это сделала, поэтому не обижен. Да и ты ведь пыталась меня переубедить. Сейчас я понимаю, что ты все сделала правильно.

— Не все. Если бы все сделала правильно, то ничего бы не было.

— Кхм, уважаемые, может вы прекратите спорить и расскажете, что все-таки произошло в день кражи исследования? — не выдержал Краус фон Аффет. — И зачем ты, Вилина, вообще это сделала.