Горгулья взмахнула лапами, изображая то ли птичку, то ли бабочку, при этом нечаянно сбив с ног Крылатика и разбросав хомяков-потто в разные стороны.

— Вот об этом я и говорю. Матюша, твоя помощь в перемещении неоценима, но сейчас нам нужно действовать незаметно.

Масики взлетели под потолок, слились в единый организм и полупрозрачной дымкой медленно осели вниз, окутывая Матюшу и делая ее невидимой.

— Ого! Так это ж настоящий плащ-невидимка, — присвистнул Яцек. — Я с ним могу столько дел натворить…

— Ты уже натворил, и тебя оставили на второй год, — напомнила ему Вилария, но сама прищурилась. В голове подруги явно зрел план. — А может, подслушивающие устройства взять? Через них можно переговариваться…

— Не будем рисковать, — я отрицательно покачала головой. — На входе в лабиринт наверняка установят отслеживающие рамки. Нам бы твой кулон-ауроспектрум, да масиков протащить.

— Тяв! Фыр! Грр… — загомонили остальные звери, пытаясь привлечь к себе внимание и сообщить, что помимо масиков можно еще протащить их.

— Для тех, кто не понял, повторяю еще раз, — произнесла я, копируя интонации ректора, — действуем строго по плану. Никакой самодеятельности! Масси-фури проверяют всех участников нашей команды и, если нужна помощь, привлекают вас…

— И вы незаметно… Повторяю, незаметно проникаете в лабиринт, — важно закончила Вилка, а масики подлетели к ней и закружили над головой пышной облачной короной.

— Ы-ых, — расстроилась горгулья, лишившись прикрытия.

— Так, давайте определимся: кто может помочь с поиском артефакта? Кто нас вытащит из болота? Кто принесет инструменты в случае чего? — по-деловому поинтересовался у присутствующих адепт Змиевский, а звери вновь заверещали, предлагая свои кандидатуры.

И только гиппогриф смотрел на нас равнодушным взглядом. Гриф понимал, что с его внушительными габаритами незамеченным в пещеру он не проникнет. Зато ему предстоял показательный полет со Змиевским в конце соревнований, до которых хотелось бы добежать. Или доползти. Да просто дожить.

* * *

Наконец настал день состязаний или, как назвала его Вилка, день истязаний. В Протумбрию прибыла делегация Ликарнийской академии магии.

В полдень на трибунах восседали студенты и горожане. За команду нашей академии пришли болеть Валежка с лирой Эндрю, тетушка Лижбет с дедом Амадора, главный некромант Протумбрии Хейм Десмонд, мэр Жижи и градоначальник Будежа, а также инспектор Барыжка. А принц Кристиан, сын короля и наместник в Протумбрии, заседал в жюри вместе с ректорами двух академий и деканами факультетов. Но мне было не до принца с некромантами, хотя последний может пригодиться после истязаний на эстафете. Я, как и прочие участники соревнований, заняла место на спортивной арене: ученическая команда Протумбрии против команды Ликарнии. Студенты Ликарнийской академии были облачены в парадную синюю форму: узкие брюки с лампасами и пиджаки, похожие на кители. Золотистая лента обхватывала обшлага рукавов и красовалась нагрудными нашивками с надписями, сообщающими, к какому факультету принадлежит адепт. Форма наших студентов была попроще и представляла собой разноцветные длинные мантии: черные, фиолетовые, зеленые, коричневые. По цвету можно определить, на каком факультете учится студент. Моя мантия практически ничем не отличалась от остальных, разве что на изнанке находилось шесть пар красноватых глаз и многочисленные черные лапки. Иного способа, как протащить с собой в лабиринт масиков, мы так и не придумали. И в данный момент я беспокоилась о том, чтобы с меня не спала иллюзия. Нервничала не я одна. Ханка Беде так и не смогла найти замену кулону-ауроспектруму. Магией он, конечно, обладателя не наделял, но помогал обмануть рамку и пройти проверку на уровень дара, а еще защищал от магических атак, что в состязаниях будет нелишним. Ханка заметно дергалась, искоса посматривала на ректора Тори, но тем не менее о своей проблеме ему не сообщила. Мне вдруг стало жалко вредную адептку. Да, мы хотели ее проучить, но отправлять Ханку в лабиринт без привычной ей защиты было жестоко.