– Вы… Вы все разрушили! – глаза Антуана пылали, тело медленно менялось форму. – Столько лет!

– Сдавайся, – поднимаясь, произнёс Натан. – Не делай себе хуже.

– Да иди ты к шуршу! – выкрикнул он, и в Натана полетели сразу несколько боевых заклинаний.

А я ничем не могла ему помочь. Тьма выжала все силы. Огляделась и увидела маленький клочок мрака, что неведомо как уцелел. Присмотрелась и поняла. Это была не тьма, а остаточный след портала. Такой не способен нанести ущерб здесь, но может сделать что-то другое.

Позвала свою силу. Грай, пресытившаяся, не хотела отвечать, но я была настойчива.

Бой продолжался, и я понимала, что Натану, как и я, обессиленному борьбой с тьмой, не выстоять. Да, он был непобедимым Титаном, но так ли это важно сейчас, если у меня есть возможность помочь ему?

Еле заметное движение, и клочок мрака стал ближе к Антуану. Тот не заметил, ослепленный яростью. Почему он не атаковал меня? Не видел, для него сейчас была одна цель – убить демона, что разрушил его план. А перед ним стоял АрмонГре.

Но он все же заметил. И меня, и мой жест, направленный на него.

Сильный удар, выдержать который было бы сложно. Огненный вихрь, смертельно опасный, для которого нет преград. Я закричала, и тьма откликнулась на мой страх, ринувшись на Антуана. И он отступил, сделал шаг назад, туда, где его уже поджидало чернильно-черное пятно мрака. И исчез, увлеченный в остаток портала, чуждыми для этого мира силами.

Натан увернулся, а вихрь… Рассыпался, как только оборвалась связь с его создателем.

И я заплакала.

– Ну что ты, – вновь опустился на колени Армон. – Всё закончилось. Он мёртв.

Но я все продолжала плакать, вымывая из души все, что успело в ней скопиться. Сколько зла он успел совершить? И такая смерть… Лёгкая. Нестабильный портал сотрёт его в порошок, но Антуан этого даже не поймёт.

Клочок мрака прижался к моей ноге, словно котенок, выпрашивая ласку.

– Рина, – Натан сел прямо на пол и притянул меня к себе на колени, как ребёнка обнимая и укачивает. – Рина, теперь все будет хорошо. Мы будем вместе. Тебе ничего не угрожает. Твои родители отомщены, и он больше не вернётся. Все закончилось. Ну что ты, не плачь, я с тобой. Любимая, родная, все хорошо…

Он продолжал шептать, что любит меня, что все теперь станет просто замечательно, а я не могла успокоиться. Словно сняла с себя всю тяжесть прожитых лет, простила обиды, забыла, что было раньше. Слезы текли, и душа становилась чище. И весь ужас, что я пережила за те мгновения во тьме, стирался, уходил, забывался…

– А раньше называл Катариной, – улыбнулась, опуская голову на его плечо.