— Зубы побереги, они тебе еще пригодятся. И да, извиниться перед ним тебе тоже придется лично.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо, родная.

Сынок родился через неделю, после посещения храма. А буквально на следующий день прилетел отец и братья. Я довольная повисла у отца на шее.

— Малышка, хочется сказать, что ты уже взрослая, но не могу. Смотрю на тебя и вижу всю ту же озорную девочку.

— Угу, только эта девочка повзрослела, уже стала мамой, четыре раза и прабабушкой пару раз. Про внуков молчу. И это только то, что народ знает.

— А про остальное лучше не заикаться, – сказал Мирослав и еще раз обнял меня. – Как ты, мать?

— А что я? Хорошо, я научилась быстро приходить в себя. Зря что ли я умею трансформировать свое тело. К отдельным его частям это тоже относиться. Ты как, папа?

— Держусь. Скучаю по Анюте. Будет тебе радость и поддержка на ближайшие несколько сотен лет, – кивнул на младенца.

— Это при условии, что это маленькое чудо не свинтит из дома лет в двадцать или сразу после академии.

Братья уже во всю забавлялись с малышом.

— Я так рада вас видеть, – сказала им.

— Ну, ближайшие годы ты от нас не отделаешься, сестренка.

Это так приятно слышать. Но стоит вспомнить их возраст – и понимаю, что ни так и много им осталось. Казалось бы, живут маги пятьсот лет или чуть меньше, это немало. Но когда понимаешь, что осталось всего несколько лет или несколько десятков лет, становится тоскливо.

Преподавать в академию вернулась через несколько дней после рождения сына. Мои студенты, увидев меня, грустно вздохнули.

— И не надейтесь избавиться от меня, вы моя отрада, – сказала я им с улыбкой.

— А как же ваш ребенок? Или он с кормилицей? – спросил смелый парнишка с пятого курса.

Да, я им так и позволяю свободно задавать вопросы, и не называть меня на лекциях по титулу, а только магистр.