— Руками не трогаем, – сказала Тая строго. – А то если эта лапочка раскричится, все будут не рады.

Достала кристалл связи и связалась с Ринаром:

— Нам без тебя лететь?

— Уже бегу! – сказал мужчина.

Когда увидела его, пошла навстречу. Мужчина остановился возле меня, а я показала головой:

— Успокойся, ты сейчас, как студент влюбленный, летишь. А ты же ректор. Хочешь, чтобы тебя таким растрепанным и с горящими глазами увидели студенты? Вот, уже лучше, давай, успокаивайся. И вообще, напоминаю, что Зинара уже давно замужем, и тебе ничего не светит.

— Я вкурсе, просто очень хочу ее увидеть.

— Ринар, ты ведь не маленький котенок, знаешь, что счастлив будешь только со своей парой. Зачем ты летишь? Чтобы сделать себе больно?

— Я не все время думаю о ней. И не факт, что встречу свою пару, мои родители не были истиной парой, просто полюбили друг друга и поженились. Я тоже так хотел. Не всем везет встретить половинку.

— В общем, я тебя предупредила: руки не распускай, а то ее муж их тебе укоротит. И будет прав!

— Я понял, бабушка, – сказал он с улыбкой.

— Иди уже, мелкий.

Студенты, увидев ректора, сразу затихли и плотно расселись на диванчике у стены. Зашла следом за Ринаром и первым делом посмотрела на нянечку, она была бледной. Благо корзинка с ребенком закреплена на сидении магией. Присела рядом с ребенком, проверила, как он. Сынок не спал, смотрел на мужчину, что водил возле его личика игрушкой.

— Хорошая реакция у мелкого, – сказал мне тихо двуликий.

— Нарин, ему меньше месяца.

— Ну все равно, глазами следит только так.

— А большего от него в этом возрасте и не требуют.

Ощутила, как взлетели. Благо внутри ласточка была намного больше, чем снаружи. В некоторых из них делали даже несколько помещений. Сейчас у нас была с одним общим залом, в котором было несколько удобных вместительных диванов. Вещи ребята сложили в багажной комнате.

Лететь всего час, после того, как Женя увеличил скорости в ласточках. Даже не заметила, как прошло время. Студенты негромко переговаривались и смотрели в одно небольшое окошко. Таня сидела бледная и сильно нервничала. Военные тихо общались и были спокойны, с интересом смотрели на студентов, переговаривались с Ринаром. Его они знали чуть ли не с младенчества, но перед студентами не позволяли себя вести с ним раскованно и так свободно, как им этого хотелось.

— И чего вы напрягаетесь, – не выдержала я, – выставили бы щит, гасящий звуки, могли вообще отгородиться щитом, закрывающим вас от глаз ребят, и нормально бы общались. Как маленькие, честное слово.