— Мода — это боль и всё такое. А-ха!

Она вышла с триумфом, держа в руках длинное красное платье.

— Сними своё чудовище и надень это.

— Всё во имя дружбы.

Я стянула платье и уронила его на пол. Кэндис набросилась на меня одним махом, натянула красный атлас через мою голову и разгладила его по моему телу.

Она отступила назад и оглядела меня сверху донизу.

— Великолепно, — она сложила руки вместе, сверкнув нечестивой усмешкой. — Ты выглядишь абсолютно обескураживающей. Подберу-ка, какие-нибудь чёрные туфли-лодочки!

Она нырнула обратно в свой шкаф.

Повернувшись к зеркалу, я почувствовала себя обескураженной. Вырез был глубоким, но не совсем выходил из моей зоны комфорта. Атлас выжимал каждую каплю изгиба, какую только мог, из моих бёдер, расширяясь, когда он касался верхней части бёдер. Это была самая лестная одежда, которую я когда-либо носила.

— Вот, надень эти туфли. Нанеси рубиновый блеск для губ и, ради бога, Тея, проведи щёткой по своим волосам.

Кэндис посмотрела на своё отражение в зеркале рядом с моим.

Прикусив язык, я провела щёткой по волосам и собрала их резинкой, как только они оказались более аккуратными.

— Счастлива?

Она прищурилась на меня и воткнула в волосы декоративную серебряную заколку, прежде чем одобрительно кивнула.

— Да.

Рассмеявшись, я повернулась в сторону и посмотрела на новое украшение в зеркале.

— Что бы я без тебя делала?

— Ты бы умерла книжным червём в тёмной подвальной квартире в окружении антиквариата и слёз. А теперь пошли.