L’Atelier Rouge, или Красная Студия, представляла собой огромную оранжерею посреди изысканного сада. Удивительно то, что ей удалось остаться такой, не застроенной, в отличие от офисов и небоскребов Сиэтла, возвышавшихся вокруг неё. Когда-то мастерская художника Марселя Дюбуа была выкрашена — как вы уже догадались — в красный цвет. Студия была сохранена как музей, на её территории построена галерея современного искусства. Конечно же, это было классное место. Во всяком случае, намного лучше, чем наша поездка.

— Как тебе вновь удалось выбить приглашение?

Я чувствовала себя немного глупо, подъезжая на благотворительное мероприятие в том же помятом фургоне, который был у меня со времён средней школы, но Кэндис настояла, чтобы я села за руль, давая ей возможность упиться дорогим вином.

— Я уже говорила тебе, — Кэнди снова накрасила губы перед зеркалом. — Моя начальница не смогла приехать, поэтому отдала билеты тому, кто написал ей лучшую статью в этом месяце.

— Я думала, ты шутишь; Джорджина тебя ненавидит.

— Ненависть — сильное слово, — сказала Кэнди, закрывая колпачок губной помады. — И я её лучший журналист.

Кэндис открыла дверь, и я последовала её примеру, пока мы обе не оказались на тротуаре в морозном ночном воздухе.

— Чёрт! Холодно, — пожаловалась она.

— Мода — это боль, — невозмутимо ответила я.

Кэндис свирепо посмотрела на меня, затем пошла так быстро, как позволяли её каблуки, к входной двери. К счастью, вчерашний снег был убран с тротуара, иначе я бы в этих туфельках оказалась на заднице.

— Ты уверена, что мы одеты соответствующим образом?

Я заметила входящую стильную пару — от них разило деньгами, и я могла поклясться, что они пялились, когда проходили мимо.

— Расслабься, я работаю в фэшн-журналистике. Думаю, я смогу собрать пару вечерних образов.

Кэндис расправила юбку и в волнении сделала последние несколько шагов к двери. Она практически потащила меня к входной двери, где мужчина в костюме собирал билеты и вычеркивал имена из своего списка. Кэндис глазела на других гостей, пока я изо всех сил старалась стать невидимкой. Умереть от смущения начало казаться хорошим вариантом, когда парень у двери остановился, чтобы во всеуслышание восторгаться потрясающим боссом Кэнди и её билетами. Не знаю, как он стал таким поклонником редактора журнала, но было не похоже, что мы перестанем слышать об этом, пока дама позади нас раздраженно не откашлялась, двигая процесс.

Внутри всё погрузилось в экстравагантность. Мягкий жёлтый свет отбрасывал золотистое сияние по всему помещению. Некоторые гости носили украшения, стоимость которых, вероятно, превышала мою годовую зарплату. В центре огромного фуршетного стола бил фонтан с шампанским. Даже в форме обслуживающего персонала были чёрные галстуки. Персонал скользил по помещению, балансируя подносами с напитками. Где-то звучало фортепиано, издавая сезонную музыку, в то время как пары танцевали на мраморном полу.