— Это не твое дело.

— В действительности мое, — мило сказала она. — Это мой ключ. И если ты сделаешь что-то, из-за чего тебя с ним поймают, я буду не на шутку рассержена. Поэтому мне нужны подробности, прежде чем я соглашусь.

Я хмыкнул.

— Мне нужен ключ на ночь. Ты не останешься со мной.

— Нет, — сразу же сказала она.

— Тогда никакой сделки, — прорычал я.

— Тогда никакого ключа, — бросила она в ответ, опуская руки и отступая в сторону дыры.

Я набросился на нее в ярости, схватил ее за талию и притянул к себе. Она вырывалась, как банши, пока я пытался схватить ее кулак с зажатым в нем ключом. Она засунула его в свои маленькие трусики и с диким смехом вытащила руку.

— Stronzo⁴⁴, — насмехалась она.

Я без раздумий засунул руку в ее нижнее белье, и она задохнулась, прижавшись ко мне, пока я доставал ключ. Я оставил руку там, уткнувшись носом в ее волосы, в то время как ее грудь поднималась и опускалась вместе с ее неровным дыханием.

— Не стоит недооценивать меня, любимая, — сказал я ей на ухо, медленно вынимая руку и проводя большим пальцем по ее клитору, отчего она издала сдавленный стон. Моя свободная рука лежала на ее животе, и я обнаружил, что не могу отпустить ее. В течение бесконечной секунды она была нужна мне больше всего на свете. Больше, чем мне нужна была вода, чтобы жить.

— Ты можешь пойти со мной, — согласился я неожиданно, отпуская ее. Луна, мать ее, только и знала почему. Но сейчас я хотел, чтобы она была рядом, и она тоже заслуживала небольшой мести Густарду, так что к черту.

— Куда ты идешь? — спросила она, когда я вставил ключ в правую манжету и повернул его. Магия устремилась к кончикам моих пальцев, и я удовлетворенно вздохнул, прежде чем освободить вторую руку.

— Ну, я собирался поиметь Густарда в Столовой, но теперь придется импровизировать. Так что мы собираемся нанести ему небольшой визит.

Она побледнела при упоминании его имени, хотя ее позвоночник выпрямился от решимости.

— Я хочу, чтобы он умер.

У меня свело живот, и я тут же потянулся к ней, касаясь костяшками пальцев ее щеки.

— Ты не можешь уничтожить короля, не разрушив сначала его империю, любимая. Иначе всегда найдутся пешки, готовые заменить его.