— Я не понимаю, о чем вы, офицер, — промурлыкал Планжер. — Я ничего такого не делаю, кроме как выпускаю фею на волю и пытаюсь забрать свою почту.
— Я больше не буду тебя предупреждать, — прорычал Гастингс, звуча куда больше как сила, с которой нужно считаться, и куда меньше как мой маленький хорист, как обычно. Если он будет продолжать в том же духе, то может стать неплохим охранником.
Я добралась до начала очереди и замерла, увидев, что Планжер стоит лицом к лицу с Гастингсом. Он расстегнул нижнюю часть комбинезона и вывалил свои причиндалы через отверстие, прикрыв член носком, который в основном прикрывал плоть, но все равно заставил мой желудок перевернуться.
— Эта униформа сделана не из органического хлопка, — надулся Планжер. — Только носки дают мне нежную ласку, которая так нужна моему счастливому шлангу. И не то чтобы я выставлял его напоказ, не так ли, офицер? — он крутанул бедрами так, что носок скользнул между бедер, и я вздрогнула.
Что, черт возьми, не так с этим парнем?
— Ну все! — прорычал Гастингс, опуская заслонку на точке выдачи почты. — Почтовое отделение закрыто на неделю, и если у кого-то из фейри возникнут с этим проблемы, то они могут обратиться с этим к Двадцать Четвертому! — он указал на номер на форме Планжера, и я чуть не зарычала от ярости.
Планжер драматически вздохнул и унесся прочь, вскинув руки вверх и раскачивая носок. Я старалась не смотреть на него, но, клянусь, эта чертова штука пыталась поймать мой взгляд, и я успела заметить пучок волос, торчащий над носком, прежде чем смогла отвести взгляд. Несколько фейри из очереди побежали за ним, выкрикивая угрозы и оскорбления, а остальные попятились прочь, бормоча разочарованные слова.
Я осталась наедине с Гастингсом, в его глазах вспыхнула стальная решимость и уверенность в своей победе. Но я ни за что на свете не уйду отсюда без своего проклятого письма.
— Ты плохо слышишь, Двенадцать? — спросил он мрачным тоном, обратив на меня свои голубые глаза, надувая грудь. Кто-то оседлал волну власти. Мне придется действовать правильно, если я хочу получить свое письмо.
Я прикусила нижнюю губу и двинулась к нему, покачивая бедрами достаточно, чтобы привлечь его взгляд к моим движениям.
— Спасибо, сэр, — вздохнула я, глядя на него из-под ресниц. — Мне кажется, я еще не видела, чтобы кто-то так ставил Планжера на место.
Агрессия сползла с лица Гастингса, его позвоночник выпрямился от комплимента.
— Просто выполняю свою работу, заключенная.
На моих губах заиграла улыбка, и я придвинулась еще немного ближе.