– Ага, только твоя наставница отправила тебя в Арлисс, а Повелительница убила бы на месте, и плевать ей было бы, маг ты или нет и виновен ты или безвинен. А зная тебя, ты взял случайно и долго потом извинялся.

Я отвернулся.

Гонг пришлось ждать безумно долго. Мне показалось, прошли часы. Но когда он все-таки прозвучал и ворота бесшумно распахнулись, никто не кинулся в лабиринт. Мы все стояли и смотрели друг на друга.

В Междумирье среди магов отвага не в почете. Сила, хитрость, изворотливость, смекалка – да. И осторожность. А вот жертва – это глупость.

Первыми не выдержали альвы. Хэв рассчитывал на крылья, это понятно. Поэтому, скривившись и выплюнув: «Трусы», он взлетел на полметра над землей и направился внутрь. Фэй последовал за ним.

Мы ждали.

Альвы скрылись за поворотом.

Ничего не произошло.

– Нам нельзя разделяться, – тихо произнесла Адель, вглядываясь в темноту коридора. – Идемте. Держите щиты.

– Мы что, дети, чтобы нам это напоминать? – фыркнул Криденс. – Раскомандовалась!

В лабиринт он вошел первым – высоко подняв голову и искоса поглядывая на трибуны. Наверняка его отец был там и все видел, – впрочем, Криденс и раньше так себя вел.

– Я его когда-нибудь убью, – вздохнул Сэв. – Кто-нибудь расстроится, если этот гаденыш неудачно споткнется и сломает себе шею?

– Сэв! – шикнула Адель.

– Да-да, знаю: он – наш талантливый теоретик. Делиться талантом будешь сама его заставлять.

– Он связан клятвой, как и все мы.

– Даже я уже придумал с десяток способов обойти это маленькое неудобство и прикончить гаденыша. Думаешь, он не сделал то же самое?

Так, препираясь, они вошли в лабиринт следом за Криденсом.

– Идем, демонолог, – неожиданно серьезным голосом сказала Наила, обходя меня. – Не бойся.

Маг огрызнулся бы: «Не боюсь». Но я промолчал. Мне было страшно.

В лабиринт я входил последним и тоже бросил взгляд на трибуны. Мне хотелось найти взглядом Шериаду, увидеть хоть какую-то поддержку, хоть иллюзию.