— Вам лучше отдать наследника, — сказал Горем, направив меч на Тэлмана, который пятясь подошел ко мне ближе. Гровт не дал переступить черту пусть и ослабленного щита врагу.

— Роза, — обнял меня побледневший муж, — я сейчас вас перенесу…

— Тэлман, ты ранен, — всхлипнула я, — ты не переживешь перемещение. Король с нежностью уставился на ребенка в моих руках, а после взял младенца из рук служанки. — Послушай… — обратила я на себя внимание мужа.

— Моя Роза, — поцеловал он меня в лоб, уже прощаясь, и мое сердце облилось кровью.

— Тэлман, послушай! — зло сказала ему.

— Я очень вас люблю, — вновь произнес он. Я заплакала. — Тише, Роза, не плачь… Я смогу их победить, но мне нужно вывести вас.

— Нет, если ты оставишь меня, то ты погибнешь, — уверенно сказала. — Нет, Тэлман!

Я посмотрела на Горема, и меня охватили такой холод и отстраненность, словно я кукла. Он хочет лишить меня всего… Весь мой мир для меня только в моей семье, и сейчас его стараются уничтожить.

— Горем Лавит, — обратилась к нему, наши взгляды встретились, и кажется, никто не мог прервать нас. — Ты слышишь меня и слышишь только мой голос.

Тэлман обнял меня сильнее, не понимая, что я делаю. А я и сама не знала.

— Ты чувствуешь, — прохрипела я, — как начинает закипать твоя кровь…

Мужчина вздрогнул и скривился от боли.

— Она бурлит сильнее и сильнее. Ты… сгораешь изнутри.

Он протяжно закричал, падая на колени, в то время как остальные зажали уши. А я смотрела на него и продолжала:

— Твоя смерть пришла за тобой. Пора платить долги… — выдохнула последний слова.

От предсмертного вопля Горема заплакали, напугавшись, дети. Я принялась успокаивать малыша на руках, нежно прижав к себе, и всячески стараясь отогнать картину перед глазами, когда из глаз, носа и рта мертвого короля хлынула кровь.

Послышалось ругательство, и мы обернулись на Рэна, который стал терять свои черты, преображаясь в Артемиса. За шею его держал глава тайного сыска, тяжело дыша.

— Ты не сможешь меня убить, — усмехнулся бывший архимаг, а потом рассмеялся, словно безумец, и обвел нас торжествующим взглядом. — Я бессмертен — королева не сможет сделать со мной то же, что с Горемом.

— Нет, — ответила я холодно, — ты не умрешь! Для начала ты уничтожишь всех орванстов, которые остались на этой планете, если они еще есть, а потом сам себя уничтожишь… А если не сможешь, то до скончания веков будешь желать своей смерти и искать способ умереть, пока не найдешь!

Он вздрогнул, явно не ожидая такого приказа, а я почувствовала, как из меня выливаются силы, последние крохи, и слабеют ноги… Тэлман поспешил подхватить и передать детей слугам, а затем поднял меня на руки.