Рид тоже наклонился, неотрывно глядя мне в глаза. Он жаждал знать. Его слова эхом отозвались во мне: «Скажи, как мне вспомнить». Если мы умрем сегодня на закате, совет Коко уже не важен, так? В голове у меня вспыхнула безумная идея. Если Рид вспомнит, Моргана тоже вспомнит. Если другие не придут за мной, это сделает она. Она камня на камне не оставит от башни, когда узнает, что меня задумали сжечь на костре.

Но, разумеется, Рид тоже был прав. Если Моргана и раньше не могла разрушить башню, то вряд ли сможет это сделать сейчас, когда она уже не Госпожа Ведьм.

– Ты знаешь зачем. – Я пожала плечами, мысли беспомощно путались. Я беспокойно постукивала ногой. – Я его дочь. Он хотел, чтобы ты защитил меня.

Рид зло фыркнул и обвел рукой клетку.

– Я отлично справился.

– Наши друзья придут за нами, Рид. Давай доверимся им.

– Где же они тогда? Почему их здесь нет?

– Надеюсь, сейчас они спасают твою мать и брата. В этом и был наш изначальный план, если помнишь.

Рид покраснел и отвел глаза.

– Конечно, помню.

Внезапно распахнулась дверь. За долю секунды, пока повернулась ручка, у меня возникла еще одна идея. Я превратилась в Деву, когда в дверь вошли два шассера. Их глаза широко распахнулись, когда они увидели меня.

– О, прошу вас, господа! – Я с криком заломила руки, расхаживая перед решеткой, но не прикасаясь к ней. – Ведьма обманула меня. Я простая служанка! Я стирала постельное белье, когда услышала голос, поющий прекрасную песню. – Я заговорила быстрее. Мне не понравился расчетливый блеск в глазах охотника постарше. – Я непременно должна была пойти на этот зов, господа, – как будто некая сила заставила меня, как будто я была в забытье. Я очнулась только, когда отперла дверь и выпустила ведьму. Пожалуйста, прошу, выпустите меня, пока ведьмак еще спит.

Я показала на Рида, лежащего на полу. Губы у меня задрожали, и слезы потекли по щекам. Притвориться испуганной и расстроенной оказалось легче, чем я думала.

– Прошу, простите! Можете урезать мне жалованье, выгнать меня, выпороть, но, прошу, не дайте ему причинить мне боль.

Охотник помладше, казалось, был готов броситься мне на помощь, но мужчина постарше остановил его улыбкой. Сострадания в ней не было.

– Закончила?

Я громко шмыгнула носом.

– Неужели вы не поможете мне?