– Какие же мерзавцы! Самих бы скормить аджархам! Но их не нашли! Ни советника, ни Джестера!

 Я снова глянула на Алви, его лицо было каменным, но спокойным, словно эту данность он уже принял.

 – Их обязательно найдут, – заявил король. – Я дал приказ!

 – Я уже нашёл, – сказал Вёлвинд и... открыл пространственно-временной карман.

 Из открывшегося огненного входа выпали на площадь прямо перед королём Джестер и его отец. А следом – Шарх Сирадэ вместе с Наядой и Лили. Взъерошенные, злые и недоумевающие. Королевские маги и стража выставили жезлы. Мигом на руках тех, кто появился, возникли блокирующие магию наручники. Словно вспомнив о своём, Вёлвинд просто усмехнулся.

 А я глянула на Джестера, встретилась с ним взглядом, надеясь увидеть в его глазах хоть что-то. Может быть, раскаяние... Но в них горела только злость, они же искривила его черты. Губы стали тонкими и белыми, словно он хотел произнести заклинание и не мог. Джестер с отцом сейчас выглядели совершенно одинаково. И мне стало страшно.

 – Но если они – чёрные колдуны, то как вы поймали и держали их в таком крошечном кармане скопом? – повскакивали с мест архимагистры.

 Я увидела, как потемнел взгляд Алви, сейчас совсем не мальчика, а взрослого и опасного мужчины. Рядом с ним повинно толклась Агнешка Ковальски. В толпе больше ни у кого не было разочарованных лиц. Гул выкриков и проклятий поднялся над головами, но... вновь затих, едва начал говорить Вёлвинд.

 – Вам решать, Ваше Величество, что делать с преступниками. Девушки не принимали участия в заговоре. Однако знали о многом, но никого не предупредили, даже своих «друзей» по тайному сообществу.

 – Позор! – крикнул кто-то, и я узнала голос Минни.

 Король помрачнел и выпрямился. Сейчас он больше не был милым дядькой с пышными усами, которому не терпелось устроить пир. Король вскинул голову и прогромыхал на всю площадь.

 – Высочайше повелеваю. Тот, кто так любит аджархов, пусть к аджархам и отправляется! Без магии! И без возможности выйти за пределы пустыни! Навечно!

 Наяда и Лили закричали от ужаса. Джестера перекосило, лицо советника пожелтело.

 Мгновенно простив девушкам всё, я бросилась к трибуне.

 – Смягчите наказание, Ваше Величество, пощадите Наяду и Лили!

 Король взглянул на меня удивлённо.

 – Мне говорили, заклинательница, что они устраивали против тебя заговоры и травлю, подговаривали других. Что же ты просишь за них?

 – Но со мной всё в порядке. Разве дурной характер – преступление?

 Вёлвинд посмотрел на меня мягко, с одобрением.

 Но король был жёсток.