Пространство плыло, яркие краски слепили (почти как чёртовы фары), но… Вокруг было много сверкающего золота. Оно плавилось, как плавилось и её сердце.

— Принцесса, выпейте! — кто-то с силой открыл рот несчастной девушке и влил горькое снадобье, которое она невольно проглотила и сразу закашлялась.

— Ну-ну, ничего… — успокаивал тот же голос. — Самый опасный момент пройден… Её Высочество непременно поправится.

Она хотела попросить этих людей связаться с её старшей сестрой и матерью… Но из горла вырывался лишь сиплый хрип. Глаза отчаянно слезились от света и, потому, девушка их закрыла, погружаясь в спасительную тьму. Её тело обильно потело и вздрагивало от холода, который внезапно пришёл на смену жару.

В итоге… Она потеряла сознание и бессильно обмякла на кровати, погружаясь в беспокойный сон.

Немолодой доктор судорожно поправил очки и вздохнул, строго наставляя встревоженных служанок:

— Не смейте отходить от принцессы ни на шаг, ясно вам? Если с ней что-то случится, господин Эрнст отправит всех нас на плаху.

Девушки испуганно покивали и одна из них решилась спросить:

— А лорд Аглесс… Стоит ли доложить Его Светлости о болезни принцессы…?

Доктор молчал несколько секунд, а после решительно покачал головой:

— Нет-нет… После того, что она сделала… Лорд будет недоволен. А его недовольство обернется проблемами для всех в особняке.

— Мы же не могли её остановить! — возмутилась другая служанка.

На неё тотчас шикнули, показывая на спящую принцессу.

— Что ты делаешь, Тиль? Если она услышит — оттаскает тебя за волосы.

— Сейчас Её Высочество слабее мухи, — не согласилась Тиль, высокомерно фыркнув.

— Молчать, — жестко приказал доктор, — думайте, что говорите. Принцесса очень важна для господина Эрнста. Мы обязаны улучшить её самочувствие как можно быстрее. Если узнаю, что кто-то отлынивает — лично выпорю.

Служанки немного испуганно покосились на мужчину, но могли лишь согласиться. В тайне они надеялись на то, что принцесса проснётся побыстрее. Впрочем, некоторые желали обратного.

Того, чтобы она не проснулась никогда.

***

«Моё сознание полнится смутными образами. Всё они размыты, но, со временем, обретают пугающую чёткость. Даже собственное имя становится чуждым… Иное медленно воссоздается в воспалённом разуме, свиваясь из золотого дыма. Киана. Киана…»