Сам владыка тоже находился поблизости. Я не знала, где именно скрывается он и его отряд, но Грэм заверил, что появится рядом за полминуты. Он вовсе не собирался бросать меня на произвол судьбы и готовился перехватить инициативу, как только план Лидии станет ясен.

Для наблюдений и связи мы использовали аж три не зависимых друг от другах способа. Первый представлял собой видимые невооружённым глазом "жучки": два были спрятаны под одеждой (на этот раз я облачилась в удобный для возможной схватки брючный костюм), ещё один скрывался в ухе и позволял слышать комментарии Петергрэма.

Второй способ связи был односторонним, но более надёжным. Микроскопические наномашины образовали прозрачную плёнку на моих пальцах, шее и животе. Ева уже имела дело с такими. Для меня возможности Ио оказались в новинку.

И, наконец, третий, секретный, способ заключался в нашей с Евой постоянной связи. С каждым днём она становилась крепче, и порой мне казалось, что достаточно прислушаться, чтобы уловить не эфемерные отголоски, а реальные мысли моего второго воплощения. Ева находилась рядом каждую минуту, незримо поддерживала и укрепляла мою решимость. В галерею Лидии мы вошли вместе.

Хозяйка встречала меня в холле. Стояла в центре отделанного синим мрамором помещения в белом струящемся платье до пола, будто собралась не на войну, а на бал.

Я озадаченно замерла, и она устремилась мне навстречу, чтобы по-матерински обнять и расцеловать в щёки.

— Счастлива видеть тебя, дорогая. Я не ошиблась в тебе.

Её духи пахли сиренью, руки были нежными и тёплыми, а волосы — очень мягкими. Когда она замерла, прижавшись на несколько мгновений к моей щеке, я почувствовала их касание на своей коже.

— Петергрэм ведь слышит нас? Надеюсь, он хорошо подготовился, — шепнула Лидия и тут же отстранилась. — Как замечательно, что у нас получилось встретиться здесь! Эта галерея очень мне дорога. Картины сюда я отбирала годами, а выставки и продажи организую только для лучших художников, даже если они пока не знамениты. Между прочим, кое-кто из них начал путь к славе с моей подачи. Идём же!

Как и в предыдущую встречу, она ловко подхватила меня под руку и утянула в распахнутые двери зала на первом этаже.

— Не расслабляйся, — прозвучал у меня в ухе голос Грэма.

Можно подумать, я собиралась разглядывать картины и отдаться светской беседе!

Сделать и то, и другое, впрочем, пришлось. Лидия ворковала у меня под ухом, расхваливая собранные ею шедевры и делясь короткими деталями биографии их авторов. Картины и правда были красивыми, порой даже узнаваемыми, и заслуживали внимания, если бы не обстоятельства моего с ними знакомства.