Незнакомец принцем не был. На вид лет сорока, невысокого роста, с проплешинами на лбу и неприметной внешностью, он бы легко затерялся в толпе и уж точно не претендовал на роль супергероя.

— Вот так, без паники. Больно не будет.

Я не почувствовала ничего, когда он отдирал скотч с моего лица и запястий. Получив свободу, отшатнулась от своего спасителя скорее инстинктивно: разум окончательно запутался в происходящем. Мне полагалось быть в шоке или истерике, но сознание находилось на грани просветления. Эти чёрные глаза завораживали, отгоняли страх, рождали чувство облегчения. Казалось, ещё чуть-чуть — и я пойму нечто невероятно важное.

— Всё образуется. Этих я уберу, — незнакомец кивнул на трупы. — Человек по имени Вадим жив. Сами решите его судьбу, хотя у меня есть пара предложений. С его делами ещё предстоит разобраться, но вас больше никто не тронет, обещаю.

— Вы... я знаю вас, — выдавила я.

— Не будем об этом, — уклончиво откликнулся он и начал вставать.

— Стойте!

Я метнулась вперёд и вцепилась мужчине в рубашку. На меня нахлынуло необъяснимое наитие. Я знала, ощущала каждой клеткой: у него был ключ ко всему. Если не получу желаемое, мой мозг взорвётся.

— Нет-нет, нельзя!

Он перехватил мою правую руку, но я изловчилась и рванула рубашку левой. Откуда только силы взялись! Ткань треснула, пуговицы разлетелись.

Дальше меня ждало сразу два открытия. Во-первых, пистолетный выстрел попал-таки в цель. Рана от пули находилась у мужчины под ключицей. Из неё сочилась кровь.

Во-вторых, на груди у спасителя висел круглый золотой медальон с гравировкой в виде казавшегося знакомым символа. Стоило коснуться его пальцами, как по телу прокатилась новая волна холода. В голове загудело сильнее, сознание поплыло.

— Нет, госпожа! — с отчаянием воскликнул мужчина. — Вам нельзя! Ещё рано!

Он оттолкнул меня, но сделал это как-то неуверенно и поздно. Я уже падала, улетала, уплывала. Мир закружился в сумасшедшей карусели. Свет сменился тьмой, а тьма — новым светом.

Сон был таким же ярким, как всегда.

Я шла по улице большого города к ледяному зданию впереди. Сейчас можно было с уверенностью сказать, что никакого льда на самом деле нет. Иллюзию создавала стеклянная поверхность небоскрёба, самого высокого из всех, что встретились на пути.

— Почти пришли, — промолвила я, не рассчитывая на отклик.

Принц хранил своё извечное молчание. Мне просто нравилось обращаться к нему время от времени.

Сегодня сон затянулся. Мы сделали двадцать, двадцать пять, тридцать шагов. После пятидесятого я перестала их считать.