— Если эльфы, одаренные искусством, хотят, чтобы при их пении прочие существа забыли обо всем, то поверь мне, они забудут обо всем. Бейлир, неужели вы ни разу не пользовались этой способностью на заданиях?

— Мы не хотели, чтоб кто-то знал о двойном даре Бейлира, — пояснила я. — Сейчас ищут эльфа-боевика, и никто не заподозрит в одаренной искусствами Берлиэль морду со столба, даже если Бейлир будет стоять рядом с объявлением о поимке. Когда Бейлир пел и играл в тавернах, он не использовал дар полностью и обязательно носил с собой меч. Думали, что он боевик, который умеет неплохо петь, что по всеобщему мнению вполне обычно для эльфов.

Аларик одобрительно кивнул такой предусмотрительности, а Лавронсо, посмотрев на часы, разогнало нас по кроватям, не удержавшись от ехидства, что сегодня мне и правда стоит выспаться одной, за что едва не получило по шее. Довольно хохотнув, дварфо вернулось к серьезному виду и тронуло меня за плечо:

— Гарни, я тебе сейчас успокоительных травок заварю.

— Мне не нужно.

— Нужно. Ты как дергаться начинаешь, сразу травок попей. Не то и сама изведешься, и все вокруг будут как тетива натянутая. А там либо щелкнет невовремя, либо лопнет.

Вот же… мудроумное.

Уже лежа в постели, я перебрала в памяти, все ли взяла с собой из Стрекозы. Набор отмычек, несколько артефактов… кажется, всё.

* * *

Девушки оделись в приличные для города штаны, рубахи и жилеты, и пошли гулять по Иркатуну. Я попробовала попереживать, но Бейлир напомнил, что Секирд большая девочка, даже очень большая, а Хитра в их совместной поездке доказала, что вполне может быть благоразумной.

И правда, в этом деле я волнуюсь сильней, чем обычно. Может, потому что теперь рядом со мной много других существ, а не только резвый эльф-боевик. А может быть… да, стоит быть честной с собой: я боюсь разочаровать Аларика. Ерунда какая-то…

Я заняла себя чтением свежих газет, Бейлир — репетицией, Аларик ненавязчиво составил мне компанию, предупредительно поднося отвары и вовремя заказав обед. Я готова съесть любимую шляпку, если это не было ухаживанием.

Лавронсо с утра куда-то пропало и вернулось после обеда с огромной коробкой, из которой вынуло многослойный голубой наряд, сочетающий в себе платье, тунику и плащ одновременно.

— Что это? — с подозрением спросил Бейлир.

— Шелк из ваших Лесов, выделка в наших Синих горах. Контрабанда! — довольно задрало палец дварфо. — Прочное очень. Пригодится.

Мы с Бейлиром пожали плечами. Платье и правда выглядело необычным и очень эльфийским. Впрочем, на дварфе оно тоже смотрелось бы хорошо. Удивительно.