— Кхм. Я думаю, что не ради еды они их ловили, а чтоб те не испортили продукты.

— А… и просто выкидывают за борт? Какое расточительство!

Мы с удивлением посмотрели на Бейлира, который состроил совершенно серьезную физиономию, но не выдержав, прыснул.

— Тьфу ты, — насупилось Лавронсо, но тут же просияло снова: — Тебе стихи читали! Я слышало!

— Стихи? Эльфийке?! — опешил Аларик.

Его можно понять. Даже маститые человеческие поэты не решались побеспокоить эльфов своими творениями.

— Да, — гордо ответил Бейлир, но я видела, что он сам едва удерживается от смеха. — Послушайте!

И сложив брови домиком, изображая таким образом возвышенное настроение, с чувством прочитал:

— Любовь, как кровь, течет невидимой струей, В сердце боль, страстей свирепейший прибой. Судьба играет с нами злую партитуру, Где кровь с любовью вместе горькая микстура.

— Нееет!!! — мы замахали на Бейлира, который явно наслаждался маленькой местью.

— А вот, представьте, экспромт другого молодого человека:

Скажи, прекраснейшая роза, Достойны ли мои записки Глубоких глаз твоих, как звезды, Твоей задорной милой…

— Лавронсо, молчать!!! — заорала я, пока дварфо, уже открывшее рот, не добавило свой конец, наверняка отличавшийся от оригинала.

Смеяться больше никто не мог, только стонать.

Когда похлебка была съедена, бутылка вина, найденная в запасах Стрекозы, выпита, а существа вокруг костра не скрываясь зевали, мы стали расходиться. Лавронсо взяло на себя первое дежурство. Я задержалась возле него:

— Спасибо, что пошло с Бейлиром на этот бал. Я понимаю, тебе было невыносимо скучно…

— Скучно? — шепотом засмеялось Лавронсо. — Гарни, кислый побитый жизнью лорд — это автор монографии “Влияние степных народов на декоративное искусство Вавлионда”, а скучнейшая мать семейства — маг-лекарь с тремя звездами. Она нацепила на левое запястье горсть побрякушек, чтоб браслет маг-лекаря не бросался в глаза, но мы с час проболтали об особенностях магии при закрытии внутренних кровотечений. А лорду я рассказало, какие штуки видело у дальних степняков, даже нарисовало ему чуток. — Лавронсо хитро глянуло на меня. — Остроуху не говори, ага? Расстроится.

Глава 47

Глава 47

Утром мы с Секирд собрались в поход. Хитру не брали. Она в прошлый раз нашла подходы к особняку по зарослям, и сегодня мы не станем тащить лисичку в такую дальнюю дорогу. Просить подвезти нас мы никого не будем, чтоб не оставлять следов.