Лия подошла, склонив голову, чтобы не видеть ничего перед собой. Все слишком стало ярким. Таким ярким, что это ослепило ее и она зажмурилась. Но она по-прежнему чувствовала любовь Алена, его слова, его чувства. Он был с ней, он был внутри нее, в ее сознании.

- Благословение Господне на вас, – Герман перекрестил ее, и она открыла глаза, смотря на него. Ее рука дрогнула, касаясь пальцами своего лба.

«Я люблю тебя», - голос Алена внушил ей силу, и она смогла перекреститься до конца. Ее сковало жаром и холодом одновременно. Лия Цепеш только что обманула Бога, ее отец гордился бы ею. Она резко отвернулась и направилась к выходу. Теперь наступает время спасать своего мужа. Выйдя в коридор, она оставила Германа, Димитрия и Алена втроем. Она закрыла глаза, думая о любимом, чувствуя, как разрывается ее сердце, как в бешеном ритме оно пытается выпрыгнуть из груди. Вздохнув, Лия попыталась успокоиться. У Алена все получится! Он сможет. А она сделает для этого все, что необходимо - будет думать о нем каждую долю секунды, она не должна сейчас отвлекаться. Резко открыв глаза, она вскрикнула от неожиданности - Марк Вольф стоял перед ней, внимательно смотря на нее. Лия закрыла глаза, пытаясь не видеть его, стараясь сохранить силу своей мысли и думать не о Марке и своем страхе, а о любви к своему мужу, даже если ей сейчас придется умереть.

Ален подошел к Герману и тот произнес:

- Благословение Господне на вас, Ален Дандевиль, – и осенил его крестным знамением.

Ален с легкостью перекрестился в ответ, чувствуя связь с Лией. И уже готов был идти, но слова Германа остановили его:

- Не могу вас отпустить, не окропив святой водой. Это придаст вам новые силы. - Он вытащил мокрую кисть из чаши и прошептал,- или заберет старые.

Герман резко встряхнул ей перед Аленом, и прозрачные капли полетели в разные стороны.

Губы Марка впились в губы Лии, заставляя не думать о муже, заставляя его умереть. От неожиданности все ее мысли об Алене улетучились, от страха и отвращения она забыла даже собственное имя. Марк плотно прижал ее к стене, не опуская из своих стальных объятий. Она чувствовала его клыки на своем языке, раздирающие его в кровь.

Капли святой воды коснулись тела Алена, как плеткой. Он инстинктивно прикрыл лицо рукой, но было поздно: одна за другой капли касались кожи, прожигая с шипением дыры. Он опешил, пытаясь встряхнуть с себя воду, но она все больше и больше впитывалась в него. Застонав от адской боли, Ален упал на колени и ярко-красными глазами посмотрел на Германа.

- О, черт!- Вскрикнул Ален, увидев перед собой стрелу, заряженную в арбалет. Герман хорошо подготовился к сегодняшнему дню.