- С ума сойти, - пораженно промолвил Рейнар. – Даже представить не могу, каково вдруг все это вспомнить, когда испокон веков мы знаем, что душа, отправляясь на перерождение, забывает все пережитое.

- И это правильно, - ответила Марьяна. – Я прекрасно бы и дальше жила без этого знания. Ничего сейчас не ощущаю, кроме жалости к себе и чувства горечи.

Пришел мой черед поделиться увиденным, и я снова вспоминала свою жизнь горячо любимой дочери ярла в Швеции на закате эпохи викингов. Вспоминала, как любила уроки со сражением на мечах от старших братьев и уединение с тальхарпой. Мама скончалась от тяжелой болезни, едва мне исполнился год, и моим воспитанием занималась сестра отца, которую я очень любила. Она и открыла мне чарующий мир музыки. Я вспомнила тот самый свадебный пир, на котором мы с Эриком играли в переглядки и потом уже нашу свадьбу. Наше недолгое, оборванное счастье. А затем, новая жизнь в величественном Ленинграде. Моя семья, моя тихая гавань. Бессонница во время белых ночей и то самое пианино, за которым я могла усердно сидеть часами. Концерты по радио зимними вечерами. Шахматы со старшим братом. И загадочный мужчина в моих снах, которым оказался Эрик. А потом война, в один момент погасившая этот божественный свет. И вновь в моих воспоминаниях ожили все ее ужасы, отнявшие самое дорогое и ценное, что было в моей жизни. Для чего свыше решили, что мы должны все это вспомнить? Ведь наверняка в этом кроется особый смысл.

Джеран тяжело вздохнул, задумчиво глядя в окно. Теплые губы Эрика, скользнувшие по моему виску, вывели меня из хоровода горьких мыслей.

- А какие тайны открылись моей Эми? – аккуратно спросил Мариус супругу.

Эмилия с грустью посмотрела на мужа.

- Оказывается, когда-то я родилась раньше тебя, но… прожила недолго. Моей Родиной тогда стал Белград. Когда мне исполнилось шестнадцать, город был захвачен османами, моя семья погибла, а меня отправили на невольничий рынок, откуда я попала прямиком во дворец султана. Моей печали не было предела, но оказавшись в султанском дворце, я быстро поняла, что должна получить расположение его хозяина, иначе моя жизнь превратится в серую тоску. Вскоре мне удалось стать его любимой наложницей, для меня даже выделили особые покои. С какой завистью на меня смотрели другие девушки из гарема! Ведь шанс стать фавориткой повелителя – один из ста, а может быть, и тысячи! Каждая считает себя достойнейшей! Мне повезло, и спустя два месяца я одарила султана благой вестью о своей беременности, но мое счастье оказалось недолгим. Меня отравили.