- Ну, же, Саша, потерпи немного. Я просто хочу помочь тебе, девочка, - успокаивающе зашептал ей в макушку, прижимая к себе. Девушка затихла. Освободил ее тело полностью от верхней одежды и принялся обтирать водой, молясь чтобы это помогло.

Саша задрожала, жалобно что-то простонала и попыталась прижаться к нему теснее, чтобы согреться.

- Шелу, малышка, что же ты так… Прости… это я виноват…Саша, девочка… прости… Сейчас станет легче… - осторожно приобнял ее одной рукой, другой продолжая неприятную процедуру.

Сашу уже била крупная дрожь. Она всхлипывала и пыталась отстраниться. Даркош прижал ее к себе, удерживая. Еще раз настроился на сердце своей ашшелы. Теперь оно билось быстро-быстро, словно испуганная птица в руке. Постарался передать ей хоть немного своей энергии, как тогда в горах, когда они искали Лайса. В тот раз, он почти ликовал, почувствовав, что Саша сама к нему потянулась. Подумал, что приняла, и ее сердце готово дать ему еще один шанс.

Ошибся, поторопился с выводами. По-настоящему почувствовал ее, только здесь, в этой шерховой ловушке. Вот, она. Доверчиво льнет к его груди, в попытках согреться. А сама еще обжигающе пышет жаром.

Его энергия тонкой струйкой начала вливаться в ашшелу. Он укачивал девушку на руках, одновременно напитывая ее, в надежде, что это хоть немного поможет.

Так он провел несколько циклов. Меняя компрессы, обтирая сопротивляющуюся Сашу, успокаивая ее. Несколько раз напоил ее снова. На всякий случай, дал средство от отравления. Саша послушно выпила все и опять затихла. Дыхание неровно пробивалось сквозь стиснутые зубы, а сердце стучало как сумасшедшее. Он пытался сдерживать ее ритм, понимая, что такой пульс опасен, но получалось плохо. Боялся отойти от нее теперь даже на пару ос, отслеживая ее состояние.

Шерховы стены уже не просто мерцали. Они светились мягким ровным светом, который становился все ярче. Скоро и подсветка не нужна будет.

Дураком Даркош не был и вполне осознавал, что Сашина внезапная болезнь и светящиеся стены ловушки вещи взаимосвязанные. Вот только, что делать, чтобы облегчить состояние девушки он не представлял. Отчаяние затапливало его. «Тарош! Почему ты так медлишь?» - мысленно взвыл он.

67 глава

67 глава

Холодно, как же мне холодно… Почему так промерзло все тело, что даже пальцы не слушаются? И голова как в тумане.

Очнулась, продираясь сквозь паутину липкого, удушающего кошмара. Все тело ломит, как при особо вредоносной простуде или гриппе. Губы сухие и во рту все пересохло. Как же хочется пить. Затуманенным взглядом ощупываю окружающее пространство. О! Да! Вода! Сейчас меня ничего другое не волнует так сильно. Тянусь к бутылочке. Конечности еле сгибаются. Вся закоченела. Ну, правильно. Я же опять почему-то раздета.