— Зато богатый. И с сильной армией. И владения у него больше наших. — Лара аккуратно стерла кровь с моего лица.

— У него уже было две жены, и всех он сжил со свету.

— Ну с тобой такого точно не случится. Твой дар — твоя защита. Он будет беречь тебя, ему нужны твои способности. — Лара села на край постели и ласково погладила мне голову. — Будешь управлять величайшим поместьем, пока он воюет. Будешь ходить в шелках и изумрудах. А он будет беречь тебя, как хрустальную статуэтку до конца дней.

Я только хмыкнула, услышав ее простодушные слова. Скорее старый пьяница запрет меня в холодной башне, а сам будет пить круглые сутки и тискать служанок. А я буду сидеть у окна день ото дня и смотреть в начищенное зеркало, как увядают моя молодость и красота. Быть может, я сойду с ума в этом аду и выпрыгну из окна башни, освободив свое тело. Как сделала его предыдущая жена…

— Надеюсь, конец его дней уже близок. — задумчиво прошептала себе под нос, но Лара услышала.

— Ах, глупая! — женщина всплеснула руками. — Разве ты не хочешь замуж? И так засиделась в девках, я в твоем возрасте растила троих, работала как проклятая да на судьбу не жаловалась.

Я молча отвернулась. Разве о таком можно мечтать? Брак без любви со стариком, и все ради военного союза. Ни дать, ни взять — племенная кобыла на ярмарке.

— Спи, Элия. Завтра придет портниха, снимет мерки для платья. Спи, детка. — гувернантка вышла и закрыла дверь, а я осталась наедине со своими мыслями. Неужели это моя судьба? Неужели ничего нельзя сделать. Нет! Я на такое не согласна. Превозмогая головную боль, я встала с постели. Если сейчас я ничего не сделаю, то совершу величайшую ошибку в своей жизни.

2

Элия

Пуститься в бега на ночь глядя было огромной ошибкой.

Покинуть поместье не составило труда — в условиях войны его почти не охраняли. Все мужчины, способные держать оружие в руках, жили в лагере в ожидании нападения. В поместье оставался молодой конюх. Его ранили больше года назад, и он больше не мог сражаться. Когда я прокралась в конюшню, он крепко спал с бутылем в обнимку, и даже не заметил, что лошадь украли. Стражу оставили на воротах, но они мне были и не нужны — за хозяйственными постройками были небольшие ворота, через которые крестьяне привозили урожай в амбар после жатвы.

Единственное, о чем я не подумала — погода. Зимой солнце садилось быстро, и когда я достигла леса, почти стемнело. В придачу началась метель.

Там, в лесистой чаще, стояла маленькая заброшенная избушка. Летом я часто убегала из дома, чтобы искупаться в озере. Конечно, леди такое было не дозволено, поэтому после купания я отправлялась в свой секретный домик, где можно развести костер в очаге и обсохнуть, чтобы Лара не ругалась. Когда-то здесь жил старый охотник по имени Вернион. Он давно одрях и сморщился, но это не мешало ему охотиться. Каждое утро он брал свой старый лук и отправлялся в лес. Годы не притупили остроты его зрения, и он всегда попадал точно в глаз белке или зайцу. Он был удивительно силен и ловок для своих лет. Я часто забегала к нему, пока он был жив. Охотник рассказывал мне о лесе и его обитателях. Учил разводить костер и прятаться в чаще. Но одной зимой, когда мне было не больше десяти, он провалился под лед на озере. Я выхаживала его, пока он обессиленный лежал в постели и тяжело кашлял.