– Догнать! Схватить! – прорычал взбешенный дракон.

А мы уже добежали до серенькой неприметной дверцы, которая вела в другое похожее помещение. Только на этот раз пустое.

Мы пробежали несколько комнат, пока не оказались у высоких железных ворот. Очень знакомых. Больше бежать было некуда. А топот грузных орков становился все отчетливее. Нас нагоняли.

– Тупик, – выдохнул Эдик, привалившись к стене.

Из-за металлических створок донесся яростный рык, заглушающий улюлюканье толпы. Я прислушалась к печати, но та молчала. Значит, с демоном все в порядке. Наверное.

– Как думаете, насколько крепкая здесь крыша? – спросила я, задумчиво поглядывая на ворота.

– Ты что задумала? – нахмурился эльф.

– Есть идейка. Поможете открыть ворота? – я уперлась в створки, но те не поддавались.

– Тут должен мурр быть открывающий механизм, – кот деловито огляделся.

– Этот? – Эдик указал на небольшой рычаг, торчащий из стены.

– Ну попробуй, – пожал плечами Нэтан.

Демон потянул рычаг вниз. Пару секунд ничего не происходило, а потом на арене что-то громыхнуло. Крики толпы стали громче и среди них мне почудилась ругань Астарота. Показалось, наверное. Не мог же он перекричать столько народа.

– Кажется мурр, не он, – задумчиво протянул кот и почесал задней лапой за ухом.

– Думаю, все проще, – Нэтан изучающе рассматривал ворота. – Кажется, здесь использовалась обычная руна запрета. Эдик, забаррикадируй чем-нибудь дверь. Мне нужно несколько минут, чтобы ее найти.

– Чем? – демон поскреб затылок, потом усмехнулся и щелкнул пальцами. На кончике длинного загнутого ногтя вспыхнул небольшой огонек.

Дверь, как и косяк, была металлическая. И жара адского пламени хватило, чтобы немного ее оплавить по контуру. Какой интересный вариант сварки. Все-таки от Эдика в хозяйстве большая польза. Зря его Натиэль с Арландой всерьез не воспринимали.

Не успел демон закончить с дверью, как в нее что-то бухнулось.

– Открывайте! – донесся до нас голос Ромэна.

– А смысл? Все равно ты нас убьешь, – попробуем еще немного потянуть время.

– Убью?! Я? Да как вы могли обо мне такое подумать! – очень натурально возмутился посол, забывая, что буквально пять минут назад угрожал нам всем расправой.