– Оторвать голову, – предложил Астарот.

– Не думаю, что стоит к нему подходить, – произнес эльф, до этого неотрывно наблюдавший за зверюгой.

– Согласен, – высказался и Эдик.

– Может, и правда не стоит? – присоединилась я к голосу разума.

– Угу. Подождем, когда дожрет решетку и подойдет к нам сам, – хмыкнул демон, воинственно расправляя крылья, отчего и в без того тесной камере совсем не осталось свободного места.

– Эй, лошадка? – я поцокала языком.

Скелетиха даже взглядом меня не удостоила.

– А может, она дружелюбная? В принципе, вполне мирно стоит.

– Стоит и жрет нашу мурр дверь. А тебя, Диана, не удивляет, почему именно нашу? На ее пути была мурр не одна камера со вкусными железными прутьями.

– Считаешь, ее привлекает содержимое? – я сделала шаг к неведомой твари, и та очень недружелюбно зашипела.

– Уверен мурр.

– Есть идея, – подал голос эльф. – Диана, ты сможешь заставить остальных мертвяков выполнять твои приказы?

– Не знаю. Надо попробовать. А что? Предлагаешь натравить их на нашу кобылку?

– Стоит попробовать. Если им удастся ее отвлечь, мы успеем сбежать.

Ну вот, опять все самой. А как же спасти даму в беде? Два охранника. И никакого толку! Эх, вот был бы здесь Гарт, он бы разобрался. О том, что именно из-за некроманта мы оказались в этом положении, я старалась не думать.

– Диана, не мурр хочу тебя торопить, но решетка стремительно исчезает!

– Взять! – неуверенно скомандовала я.

Скелеты не двинулись с места.

– Это что, был командирский голос? – скептически уточнил Эдик. – Как-то не верится.

Тоже мне, Станиславский адского разлива! Не верится ему. Сейчас лошадка уши отъест, и во все поверится!