Приятнее осознавать, что этот брак — не порыв, не следствие обещания Рэйдана организовать нам пышную свадьбу, которое он дал в лабиринте, а осознанное решение.

Так что я спокойно стояла у зеркала и рассматривала отражение: волосы сплетались с цветами в подобие короны, солнечный свет придавал рыжим прядям почти неестественную яркость. На высоко поднятой груди переливались капли ожерелья из крупных алмазов и рубинов, их сияние подсвечивало открытые плечи, подбородок, заостряло скулы и придавало глазам особый блеск. Алмазы и рубины мерцали на корсаже и расходящемся в стороны подоле, создавая на белом платье великолепные узоры, словно морозные завитки и языки пламени сплелись в великолепном танце. Прикусив губу, я повертелась перед зеркалом. В Нидуме молодожёны на свадьбу облачались в цвета своей магии, но я выросла в мире белых свадебных платьев, так что решила совместить, и результат… Думаю, место на обложке журнала мод мне теперь обеспечено, потому что по местным меркам решение очень оригинальное.

Я снова повертелась туда-сюда, оценивая изящную линию плеч и лопаток, красоту открытой спины, узость талии, подчёркнутую расширявшимся подолом.

Хороша. Я бы даже сказала — великолепна. Красивое и чудесное тело — как тогда сказала Леяна, сообщив о намерении забрать моё. И теперь на моём плече клейма не было. Не знаю, то ли тот первый брак с Рэйданом его в конце концов обезвредил, то ли моя клиническая смерть, то ли купание в изменённом источнике. Всё так закрутилось, что о клейме, из-за которого я оказалась здесь, я вспомнила недели через три после победы над Ведьмой, и его уже не было.

Пальцы невольно потянулись к плечу, мягко прошлись по чистой коже.

Время до церемонии ещё оставалось, и я под шелест-цокот платья прошла к туалетному столику, вытащила из резной шкатулки красный «ловец снов» размером с мою ладонь. Вернулась к зеркалу. Подняла «ловец снов», перья на подвесках внизу качнулись несколько раз и замерли. Я сквозь отверстие в плетёном узоре посмотрела в зеркало. Прокусила палец и осторожно провела по внутренней кромке плетёного узора, замыкая круг своей крови.

Ритуалистика понравилась мне больше магии божественного языка, так что развивалась я в основном в эту сторону. Возможно, Леяна изначально имела предрасположенность именно к ней, потому что в магии божественного языка ни она за всю жизнь, ни я за время обучения не достигли уровня, который легко дался мне ритуалистикой.

Ничего не говоря, ждала, когда ритуал начнёт действовать. «Ловец снов» был сделан из шёлка зеркального паука, пропитанного раствором из артефакта, когда-то совершившего обмен телами между мной и Леяной. Его я получила из запасников хранителей по просьбе Рэйдана. Сам артефакт был не новым, но и не слишком старым, потому что артефакторику не так сильно забросили, как ритуалистику, а сейчас она расцветала вместе с моей профильной магией, открывая всё новые и новые возможности.