И это не единственная моя проблема!

Думая об этом, посмотрела на Бэсси. Она заёрзала на стуле, словно хотела сбежать, и перевела взгляд на шагавшего к столу преподавателей Рэйдана, прекрасно смотрящегося в свете ярких витражей, занимавших все четыре стены. Только лицо Бэсси оставалось напряжённым.

Остальные девушки сделали вид, что меня здесь нет. Наверное, отодвинулись бы, но рядом и так никто не садился. Леяну студентки недолюбливали и немного опасались: смогла же она как-то раздобыть и пронести в Дрэгонхолл запрещённое любовное зелье. И зеркало с драконьей рамой – его позже конфисковали как потенциально опасный артефакт, и об этом происшествии знали уже все.

Меня тогда допросили. Некоторые обрывочные воспоминания Леяны остались, позволяя немного ориентироваться в Нидуме и предположить, что скверным характером её недостатки не ограничивались, но способа связи с контрабандистом запрещённого в академии и метода возвращения в родное тело я не узнала.

И заклинания из её памяти исчезли начисто, а они мне нужны позарез: великая академия Дрэгонхолл это вам не земные учебные заведения, тут контракт заключил – уйти можешь с дипломом, вперёд ногами или лишившись магии. Не сдашь зачёт на проходной минимум – лови болевой разряд, дарованный тем самым контрактом. Провалишь на пересдаче – снова наказание, и так до тех пор, пока не выучишь.

Казалось бы, зачем учиться девушке, у которой отнимут магию?

«Когда отнимут, тогда будешь свободна, – мрачно разъяснил куратор группы. – До этого придётся сдавать зачёты или расплачиваться за лень». И это был не приступ вредности, а суровые реалии древних правил академии.

Я даже призналась, что попаданка, но это приняли за попытку закосить под дурочку, чтобы клеймо снять. «Прекрати выдумывать ерунду, – почти рычал мой куратор. – Наслаждайся магией, пока можешь!»

Я бы с радостью ей насладилась! Но магия работала на изменении сознания мага с помощью звуковых вибраций прекрасного и музыкального божественного языка. И я его на момент попадания не знала, а в нём огромное значение имели правильный тон и скорость. И ближайший зачёт уже через три дня, прямо перед балом-маскарадом!

Так что я, отбросив лишние мысли, вернулась к усиленному впитыванию знаний, не глядя отправляла в рот омлет и запивала его бодрящим кофе. Девушки всё любовались Рэйданом, самые быстрые студенты уже закончили завтрак, всё шло как обычно…

– Внимание! – воскликнул из-за преподавательского стола ректор – суетливый дракон средних лет. – У профессора Рэйдана важное объявление.

Захотелось заткнуть уши, чтобы не слышать поднявшихся охов-вздохов: я тут как раз влияние слога «а-ра» повторяла. Но по-настоящему отвлекающим был слегка рокочущий, вызывающий мурашечки голос Рэйдана: