— Хорошая мысль.

И поскольку у нас обоих был чувствительный слух, нам не нужно было беспокоиться о том, чтобы потревожить других по дороге.

— Итак, либо Лафитт, либо Сен-Жермен… или, предполагаю, кто-то, о ком я ещё не знаю, натравил на меня призраков. Не уверена, кто. В любом случае, это был «он».

— Очаровательно.

— Правда? Ты знал этих парней. Мог ли кто-нибудь из них видеть призраков?

Рассел долго молчал.

— Я не знаю, но Лафитт всегда интересовался оккультизмом, — повисло задумчивое молчание. — У него была теория, о которой он говорил… возможно, сто лет назад… о питье крови ведьм, экстрасенсов, оккультных практиков, тех, кто был каким-то образом одарён. Он верил, что сможет унаследовать их дар, пусть даже ненадолго, через кровь.

Мы свернули на другую улицу, петляя по Кварталу.

— Ну, это ужасающая мысль. Ты пил мою кровь. Ты чувствуешь себя волком? Ты можешь видеть призраков?

— Я не вижу никаких призраков. Однако я чувствую себя сильнее, чем обычно. Что касается Лафитта, вполне возможно, что он нашёл некроманта, как и ты, и впитал некоторые из её способностей, — он призадумался. — Могу я спросить, ты говорила о Лафитте и Сен-Жермене в прошедшем времени. Это было целенаправленно?

О, точно.

— Я убила Сен-Жермена и Ли, когда они пришли пытать меня. А потом Годфри замочил Лафитта.

— Годфри? Ты его видела?

— Это довольно длинная история. Ничего, если я подожду и расскажу, когда мы вернёмся домой?

Моя больная нога дрожала от напряжения. И это мешало сосредоточиться.

— Конечно. Я достаточно оправился, чтобы понести вас, мисс Куинн.

Моим первым побуждением было сказать «нет», смириться с этим и продолжать идти, но боль становилась всё сильнее.

— Спасибо, — сказала я вместо этого.

— Где у вас повреждена нога?

Я указала на внешнюю сторону бедра, прямо над коленом.