Мариэль нахмурилась. Она покачала головой.

— Госпожа Адиана часто рассказывала истории о восстании, но не такие.

— Наверное, ей было неприятно узнать потом, что я томился не в прогорклой темнице, а поселился в качестве королевского гостя в роскошных покоях Восточной башни, добровольно предав дело Эрнана. Я сама не слышал этой истории от Адианы. Мне сказала Рената. Я до сих пор не понимал, как сильно меня тронула ее преданность.

Кори посмотрел на Бортена.

— Адиана страдает от мучительного расчленения духа руками сырнте. Возможно, я не смогу спасти ее, но я могу стать свидетелем ее судьбы как друг и быть рядом, когда она встретит свой самый темный час.

Долгое время никто ничего не говорил. Во влажном воздухе жужжали насекомые, на ветру шелестели листья, мимо их ног пробежал бурундук.

Мариэль повернулась к мужчинам спиной и подошла к ближайшему вязу, где прислонилась к стволу и молча смотрела на лес.

Бортен вложил свой меч в ножны.

— Иди, — сказал он. — Да пребудут с тобой боги.

Кори кивнул и задержал взгляд на стройной спине Мариэль, прежде чем отправиться в путь.

Он прошел шагов тридцать, когда крик Мариэль остановил его. Девушка прибежала, тяжело дыша, по ее щекам текли слезы.

Она сунула посох ему в руки.

— Возьми это.

— Мариэль, я не могу рисковать…

— Пожалуйста. Лес говорит мне, что тебе это понадобится больше, чем мне.

— Ясно, — он сомневался в ее рассказе, но не мог отрицать чувство безопасности, которое он находил в резонировании гладкого дуба.

— Ты должен сказать Адиане… — ее слова прервал всхлип. Судорожно вдохнув, она расправила плечи и вытерла слезы. — Если ты найдешь способ, пожалуйста, сообщи Адиане, что мы с ней. Мы всегда с ней. Наша любовь к ней никогда не закончится.

Кори обнял Мариэль рукой и крепко прижал ее к своей груди.

— Вот почему, — пробормотал он, прижавшись губами к ее лбу, — маги никогда не будут побеждены.