При этом о себе мужчина поведал крайне мало.

Даже имени не назвал!

« Обычно женщины в наших землях обращаются к мужчинам "господин" , – ответил на вопрос, кого же ей благодарить. – Не будем нарушать традиции, да, Ягодка? »

Юнону не устраивал такой ответ, но имела ли она права требовать? Незнакомец делал так много. Кормил, лечил, развлекали беседами. Иногда это был спокойный разговор, а порой жаркие речи. Мужчина словно менялся. Вел себя порывисто и пылко. Злился, что лекарь недостаточно усерден, и выздоровление идет медленно. Или обещал сравнять бордель с землей.

« Стража султана уже занимается этим вопросом , – цедил сквозь зубы, расхаживая по комнате. – Скоро свинье дадут хорошего пинка. А ее подсвинок сдохнет в подворотне. Работорговцем тоже стоило бы заняться… »

Стыдно сказать, но Юноне нравилось чувствовать себя такой… важной. И защищенной. Мужчина стремился исполнить ее желания, даже требовал их. Ему действительно было приятно делать .

Юнона тихонько вздохнула, обхватывая плечи руками.

Что ее ждет сегодня? Полная нежности беседа или пылкие фразы? Она не знала, чего хотела больше.

Мрак постепенно сгущался.

В ее комнате был только один светильник – в самом углу, да и тот накрывался плотным колпаком, не пропускавшим лишний свет.

Бесшумный слуга, до этого молча сидевший у входа, встал и зажег лампу, а затем, поклонившись, удалился.

Сердце ускорило свой бег.

Вот-вот состоится встреча!

Даже вздохнуть тяжело! И ладони почему-то потеют. Юнона так не волновалась даже перед первыми своими смотринами.

Весной молодые девушки и юноши собирались в больших городах на гуляния. Переступив порог восемнадцати весен, и она могла участвовать в забавах, ведь травницей Юнона так и не стала.