Я крепко сжала кулачки и обреченно прикрыла глаза. Сразу же ощутила тычок от стоящей рядом наставницы по этикету и распахнула ресницы. Если бы старая грымза позволила себе такую вольность по отношению к любому ребенку, стоящему за моей спиной, мгновенно получила бы расчет. Но за "воспитание" меня ей еще и доплачивают, наверное. Ведь холопы перенимают предпочтения господ и выслуживаются. Беатрисс можно бить, унижать и раздавать тычки, потому что сам великий герцог не питает к ней добрых чувств и своим отношением практически дает разрешение на издевки остальным. А как хочется надеяться, что в глубине души он не такой холодный и все-таки любит меня. Хоть чуть-чуть, капельку, крошечку... Ну, вдруг?

- Беатка, счастье-то какое, теперь у тебя будет мачеха, - желчно поздравил в затылок главный мучитель кузен Вильтос, "любезно" напоминая, что в эту минуту мой отец берет в жены очень родовитую маркизу и мерзко захихикал, стараясь не повышать голос. Ему тихо завторили остальные мелкие родственники, подхалимисто сочиняя, как должна быть "счастлива" новоявленная падчерица.

"Ошибаетесь, - подумала я, стиснув зубы, и молча отвела голову в сторону: нечего в прическу дышать. - У меня не будет мачехи, потому что нет отца". В этом я абсолютно уверена: ведь мужчина, который сейчас стоит перед алтарем, стараясь делать счастливое лицо, мне практически не знаком. Вижу его иногда на семейных обедах только и всего. Может, родись я сыном, отношение было бы другое, а девочка оказалась не нужна.

Слово "отец" для меня пустое место, как впрочем, и слово "мама". Она умерла, произведя на свет дочь, и об этой женщине никто никогда больше не вспоминал. Первый брак среднего сына герцога Крэйгарда Оливера был мезальянсом, позором, о нем забыли сразу после смерти несчастной, затюканной высокомерными родичами, и вздохнули от облегчения. Хотя, слуги на кухне поговаривали, что моя мать тоже была аристократкой: графиней по происхождению и красавицей, но из обедневшего рода не угодного короне. Видимо, обнищавший граф, не облагодетельствованный королем, приравнивается к простолюдинам, а великому герцогу такое родство ни к чему. То ли дело маркиза, подобранная в качестве невесты самим дедом: за ней давали какие-то рудники. И его величество рекомендовал. Как она будет называться по отношению ко мне - без разницы. Просто добавится еще одна презрительно фыркающая леди только и всего. Пусть катится к гарпиям, как говорит наш конюх. А что вы хотите от девочки, никогда не знавшей материнской и вообще чьей-либо ласки? Ни от бабушки, ни от тетушек. Она тянется к тем, кто лишний раз погладит по голове, а это, как правило, сердобольные старые слуги. Кухарка да конюх. Хоть за них спасибо, святая Миис.