— А ты?

Его плечи дрогнули.

— Это уже похоже на допрос, госпожа сыскарь, — И вновь посерьезнел. — Век бы его не видел. Но наставник настаивал, что родственные связи нельзя рубить с плеча, и лет в тринадцать впервые отправил меня на лето домой. Мне там были не слишком-то рады, но терпели. Я же все-таки тоже Айрторн, куда от этого деться? А к этому времени наличие сына — черного мага девятого уровня стало для отца уже не позором, а предметом для гордости, и он с радостью показывал меня друзьям… — Удобно расположив голову на его плече и смотря вверх, она заметила, как Линден поморщился. — Знаешь, как дрессированную обезьянку: "Это мой сын, не бойтесь, он не опасен, зато столько всего умеет"… Хм… — Поняв, что наружу рвутся не самые лучшие эмоции, Айрторн прервал сам себя и продолжил спокойнее и бодрее: — В общем, с тех пор я стал бывать в отчем доме каждое лето. А когда мне перевалило за двадцать, мы даже стали немного общаться с братьями и сестрами. Званые обеды и ужины, балы… разговоры о погоде.

— И после последнего лета дома ты оказался здесь, — закончила за него Линетта. Она хорошо помнила письмо, полученное Ризалем от старшего лорда Айрторна.

— Это уже совсем другая история, — попробовал отшутиться Линден, но она упрямо смотрела ему в лицо.

— Не расскажешь?

Он скривился.

— Оно тебе надо?

Вежливо и правильно было бы не настаивать и не заставлять человека и дальше выворачивать перед ней душу, но Лина уже приняла для себя решение: с напарником она будет вести себя так, как хочет и как чувствует, а не так, как правильно.

— Надо, — ответила честно.

Линден скорчил гримасу и глубоко вздохнул.

— Ладно, сам начал, — пробормотал вполголоса и продолжил громче: — В прошлом году отец женился. Зимой. Я не был на свадьбе. Наставнику требовалась моя помощь в одном деле, и я не поехал. Познакомился с мачехой только пару месяцев назад. А она… — Айрторн помедлил, вероятно, подбирая слова. — Хм… А она положила на меня глаз.

— Мачеха? — ахнула Линетта.

Он скривился.

— Она старше меня всего на два года.

— И ты? — У нее не нашлось слов.

— И я, — со вздохом подтвердил напарник. — Она увивалась за мной несколько недель. Принимала недвусмысленные позы, когда я оказывался поблизости, бросала намеки словами, глазами, жестами. Знаешь… — Он опустил голову, чтобы встретиться с ней взглядом. — Вот один в один как Лукреция. Они даже внешне чем-то похожи, только мачеха лет на пятнадцать помладше.

— Поэтому ты пытаешься сбежать от Лу, когда она пытается привлечь твое внимание?

— Одна уже привлекла, — проворчал Айрторн. — В общем, когда я как-то вечером обнаружил обнаженную мачеху в своей спальне, то закрыл дверь… изнутри. — Лина молчала. — И я рад бы сказать, что она была так прекрасна и настойчива, что соблазнила меня, а я, такой бедный и доверчивый, не устоял, но…