Она поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Я хотела сказать: наверное, это было тяжело.

Айрторн качнул головой.

— Страшно. Тогда было страшно. Ну и отец, к счастью, наконец по-настоящему испугался. И позора для семьи, и того, что я могу навредить еще кому-нибудь, его любимым детям в том числе. В конечном итоге это и сыграло мне на руку, — Линден снова заговорил бодрее. — В тот период на север по делам приехал сильный столичный маг, тоже девятка, и отец, смерив свою гордыню, обратился к нему за советом.

— Твой наставник, — догадалась Линетта.

— Он самый. — Она подняла глаза и заметила на его губах улыбку. — Он пришел, пообщался со мной, с отцом, с братьями и сестрами, даже со слугами. А потом надолго заперся в кабинете с моим отцом, а когда они вышли, мне велели собираться.

— Он забрал тебя с собой, — это не было вопросом. Поправив сползающий с плеча плед одной рукой, второй она не глядя нащупала его руку и на сей раз сама переплела свои пальцы с чужими. Почему-то так было спокойнее.

Впрочем, Линден протеста не выразил.

— Забрал, — подтвердил с улыбкой. — Увез в столицу, познакомил с собственной семьей. И… со временем я стал ее частью.

Вот так, коротко и без подробностей. Но она уже и так знала, что где-то там, в период с его восьмилетнего возраста до настоящего времени, были годы вбивания ему в голову знаний, потом и кровью, как он сам как-то выразился, взлом кабинета наставника и мытье полов в наказание.

— То есть, по сути, он тебя и воспитал, — пробормотала Линетта.

— Ага, сделал нелордовским лордом, как ты говоришь, — рассмеялся Айрторн.

— То есть до этого ты таким не был? — не поверила она. Ей-то как раз показалось логичным, что, будучи изгоем в собственной семье, он не успел набраться надменности, свойственной большинству аристократов.

— Да никем я тогда еще не был, — ответил он уже на полном серьезе. — Пытался задирать нос, как отец, когда общался с простыми смертными. Мне казалось, что если ты лорд, то и должен вести себя соответствующе.

— А твой наставник?

— Зарядил мне подзатыльник, когда я нахамил его кухарке, и популярно объяснил, что он тоже лорд и никогда не позволяет себе подобного отношения к людям.

— Ну а ты? — Линетта поняла, что сидит и улыбается.

— А я — понял. — Смешок. — Лет так через несколько.

— А твой отец?

— А что отец? — переспросил Айрторн, будто его вообще удивил подобный вопрос. — Писал наставнику письма, интересовался. Отцовский долг, как-никак.