— Знаю, должно быть не самые приятные ощущения после волшебного сна. Но, извини, разбудить тебя пришлось.

Так. Ну, то, что рядом Анхель — не удивительно. Он не мог не прийти, чтобы проверить мою кровь. Но почему я лежу не в кровати, а на холодной земле?

— А больше ты ни за что не хочешь извиниться?

Отрицательно мотает головой. Действительно. За что, о чем это я? С большим трудом наконец удается сфокусировать взгляд. Теперь понятно, почему я не в кровати. Я лежу на берегу Озера Огня, кажется, в том самом месте, где не так давно на отборе вызывали духов. Анхель стоит на коленях, спиной ко мне. Поворачивается и подходит, держа в руках два кубка. Ставит их на землю рядом со мной.

— Осторожно, не переверни.

Достает из-за пояса кинжал, берет мою руку, делает надрез и кровь попадает в один из сосудов.

— А как ты себе вообще представляешь такие извинения? Сказать: прости за то, что сильно порезал, а заодно и за то, что чудом не превратил в горстку пепла? Даже звучит смешно. Не просят за такое прощение, потому что не прощают.

Тут поспорить сложно. Себе Анхель тоже пускает кровь, но выливает ее в другой кубок. Интересно. Один раз меня уже проверяли на истинность. Тогда кровь собирали в одну чашу. Да и на дне тогда был виден какой-то кристалл. Сейчас же в обоих кубках огненная вода из Озера.

— Почему чаши две?

— Одна для тебя, вторая для меня. Пей. Пары глотков хватит.

Протягивает мне кубок, в котором его кровь. В руки беру, но пить не спешу.

— Для чего? Это не очень-то похоже на проверку.

— Я не собираюсь проверять ни тебя, ни твою дочь. Не переживай, с Винсентом уже все нормально. Относительно, конечно.

— Относительно?

— Ну, летать он теперь сможет, разве что, на чем-то типа ваших самолетов. А так… Ничего, жить будет. В данный момент, думаю, его уже объявили Императором.

— А твой отец?

— Понятия не имею, что с ним. Но, не сомневаюсь, твой бывший муж о Гарольде очень хорошо позаботится.

— Винсента ты выпустил?

Кивает. Интересно…

— Я так понимаю, в обмен на то, что он тебя не тронет?