Она хватает меня за грудки и, наклоняясь, целует в щеку.

Пусть Духи Пустоты присматривают за тобой, произносит она.

Я сглатываю ком в горле, встречаясь с ней взглядом.

… И за тобой, выдавливаю я.

Если не уйдешь отсюда, я вырву твое сердце и скормлю тебе его.

Я едва не смеюсь.

Иди. Я тебя прикрою.

Я выглядываю в коридор, выдавая шквал выстрелов, держа по винтовке в каждой руке. Выстрелы бессистемны — я ни за что никуда не попаду. Но опять же, выстрелы заставляют пехотинцев отступить в укрытие ненадолго, чтобы Саэди смогла прорваться. Она бросается через коридор, словно стрела, черные волосы развиваются за спиной, выстрелы дезинтегратор раздаются позади, она бросается в открытую дверь капсулы. Она захлопывается за ней. Диод переключается с зеленого на синий. Как только «Кусанаги» сотрясает еще один взрыв, капсула Саэди улетает.

Теперь вкус дыма ощущается даже на языке, сообщения о повреждениях одно за другим раздаются по громкой связи, когда «Кусанаги» наносят очередной удар. Я благодарю Создателя за то, что еще больше пехотинцев не погибло, поскольку они слишком заняты, обороняясь от истребителей Сильдрати. На секунду я ловлю себя на мысли, что хочу чтобы у Саэди всё получилось. Что ее люди смогут забрать ее до того, как ЗСО вызовет ее капсулу. НО я понимаю, что мне на самом деле следует молиться за самого себя.

У меня внезапно разряжается винтовка. Я бросаю взгляд на уровень заряда винтовки Саэди, на ней не более 13 процентов. И глядя через весь коридор, залитый огнем винтовок, я вижу два. запасных блока питания, лежащие на полу среди осколков.

Хм. Быть может, она все же не такой прекрасный стратег.

Стоит мне высунуть голову, меня тут же вознаграждают перекрестным огнем с обоих сторон. Морские пехотинцы наступают стремительно — это лишь вопрос времени, когда они окружат меня и нанесут удар.