- Вы заботились только о себе, леди. И я еще проверю, не поучаствовали ли вы в смерти моего приемного отца, лорда Ортэга. Если вы виновны, вы ответите и за это.
- Да как ты смеешь говорить это мне! Дерзкая девчонка! Я была ему женой! Родила ему сына! - кричала мачеха, брызжа слюной.
И вдруг как-то сразу успокоилась и зло прошипела:
- Посмотрим, кто и за что ответит!
Алиана смотрела на нее некоторое время, потом сказала:
- Вы все-таки невероятно глупы, леди Ильена. Не поняли до сих пор? Я герцогиня Рэймзи. И если бы у вас хватило ума, вы могли бы стать богатейшей женщиной, а теперь вы останетесь здесь и будете влачить жалкое существование. Зря вы поставили на Дэмройского.
А до той, кажется, наконец дошло, чего она лишилась. Она взвыла:
- Ли, голубушка, ты все не так поняла! Я же хотела тебе счастья!
Вопли леди Ильены и ее рыдания разносились на весь дом, но Алиана не стала слушать. Она даже не стала запирать ее - не было смысла. Демройский наверняка уже сообщил обо всем Дайгону.
И задерживаться тут не было смысла, уходить следовало сразу. Алиана хотела только найти свою няню Колетту и забрать ее с собой. И как только нашла няню, поручила ее заботам Фалько, и они немедленно убыли оттуда.
***
Забавно потом было наблюдать, как ее гард успокаивал взволнованную пожилую женщину, которой приходилось трястись в седле. Ехали-то быстро. Хилмор смотрел в сторону с каменным лицом, однако видно было, что благородного аса распирает от веселья. Его молодцы так и вовсе покашливали в кулак и косились на Фалько.
А Алиана...
Она погрузилась в свои мысли. Очнулась, только когда услышала возмущенный вопль Колетты:
- Ах ты охальник! Где это видано, вот так за бока хватать?!
Морис оправдывался:
- Вы же чуть из седла не вывалились, леди! Я вынужден был... Кхм. Поддержать.
И тут все-таки раздался громовой хохот.
Но ехали действительно быстро. Точнее, перемещались короткими переходами по коридорам пространства, которые удерживали Хилмор и его асы. Это было необычно и немного жутковато, так что даже няня Колетта примолкла. А через несколько переходов вдали показался замок. Солнце уже садилось, высокие стены казались красноватыми в закатных лучах.