Эльриан посмотрел на регента и тихо спросил:- Дядя, может не надо?

— Надо, Эльриан, раз сегодня рассказываем только правду о событиях, значит надо рассказать все до конца. Могу сказать, что виноваты почти все те, кто болтал с Сэмюэлем Хейзом об отношениях в семье. А их великое множество. От императрицы, до камердинера Эльриана Сильвио Сальваторе. И наказывать некого, все говорили правду, ну, кроме отдельных одиозных личностей. Но, к моему огромному стыду, фразу, которая перечеркнула десятимесячную игру Эльриана, передал Хейзу мой сын. Эльфред. Он подслушал случайно разговор принцев Эльдара и Эдмонда, которые, не приняв мер безопасности, прямым текстом говорили между собой об опасной игре Эльриана, о том, что ему отомстят, если раскроют, и о том, что он в шутливой форме, предупреждал их об опасности им грозящей. Дословно — «Если я по вашей неосторожности кронпринцем заделаюсь, не прощу, на том свете достану»! Извини, Ри, я запись твоего разговора с Эльдаром велел поднять, что бы уточнить, что именно Фред Хейзу сболтнул. Так что мой сын, за вечеринку с вином и девочками, выболтал разговоры правящей семьи случайному знакомому, и не доложил, как положено, о контакте с незнакомым лицом, в департамент Нацбезопасности. Статьи за это, в уголовном законодательстве нет, сам знаешь, Найк, но наказан он будет. Только поздно я спохватился, поможет ли ему это человеком стать!

Зал ответил молчанием на эту горестную исповедь отца. Вальтрон встал, беря все на себя.

— Все все выяснили? Больше желающих нет? Тогда Совет считается закрытым, и помните о необходимости соблюдать тайну.

Аннабель закончила, наконец, письмо, отдала Норберту, и перевела дух. Как же легко произносить слова, глядяв лицо собеседнику, говорить без видеосвязи уже труднее, и какой же тяжкий труд излагать свои мысли и чувства на бумаге. Как же писатели древности умудрялись писать романы в несколько томов. Да что древность, она совсем недавно с девочками, подругами по школе, зачитывалась романами модной писательницы Юлии Мансее, и теперь могла оценить ее творчество с точки зрения достоверности. Чисто технически все было верно, но настоящие чувства, возникающие у партнеров, любящих друг друга не ощущались, а сюжет романа подразумевал, что они были. Аннабель включила Галанет, нашла портал, на котором публиковалась модная писательница для молодежи, открыла любимый роман, перечитала одно из мест, которым они восхищались когда-то, и поняла, насколько все описанное далеко от действительности. Описываемые герои, по сюжету — страстно влюбленные, на тайном свидании предавались тому, что в том, памятном, разговоре ее мать назвала «хватанием друг друга за разные непотребные места», без намека на истинную любовь. С разочарованием девушка пролистала роман, и, в конце, наткнулась на краткое жизнеописание автора. Все стало ясно. Знаменитая писательница любовных романов была старой девой! Как с придыханием сообщал автор биографии, в юности Юлию предал любимый, предпочтя ей ее же подругу, но она осталась верна предателю, отвергала, по словам того же биографа, все признания в любви от других поклонников. Занялась изложением на бумаге взятых неизвестно откуда, неизведанных ей самой ощущений, и в старости коротала свой век, творя новые шедевры в роскошном особняке, в окружении толпы своих любимых кошек.