Охрана ворот подпускала нас по одному, так что у четверых оставшихся охотников было предостаточно времени, чтобы нас догнать. Похоже, они осознанно не спешили, зная, что на выходе будет затор. У нас проверили разрешения – моё охранник осмотрел особенно тщательно и даже ногтем поковырял, а потом мы по очереди прикладывали руку к небольшой дверке сбоку от ворот, чтобы она открылась.

Когда настал мой черёд, я сжала зубы и разжала каналы, которые так и норовили скрутиться подобно горловине мешка и завязаться узлом. И когда меня коснулась махара барьера, я чуть не отдёрнула руку. Она была странная. Вроде махара – и за морем махара, её производят амарды и пропускают через себя люди. У разных людей она может быть погуще или понежнее, колючая или тёплая, но это крошечные различия, которые начинаешь замечать только приняв её от других много раз. Однако эту махару я бы не спутала ни с чьей другой даже в детстве. Она… крошилась.

Как крошится трухлявый пень под сапогом. Я чувствовала, как маленькие волокнистые кусочки осыпаются с краёв духовной силы, что зашла в мои каналы, и остаются там. Но сила не стоит на месте, и её поток захлёстывает эти крошки и растворяет их в моём хранилище.

Я с ужасом заметила, что моя кожа потемнела, а ведь на меня смотрели ещё несколько охотников! В панике я едва смогла собраться с мыслями достаточно, чтобы вернуть себе контроль над своим телом, и чуть не прозевала момент, когда дверка открылась. Я впала в проём, не соображая, куда и зачем я иду, я помнила только, что мне обязательно нужно туда пройти.

Снаружи меня ждала только Гам – остальные, кто уже прошёл, спускались с горы по извилистой дороге растянувшимся шлейфом Вачиравита.

– Отдышись сначала, – сказала она мне, придерживая за плечо. – По первости бывает неприятно.

Я послушно несколько раз вдохнула и выдохнула на счёт, чувствуя, как чужеродная махара окончательно растворяется в моей и перестаёт казаться чужеродной.

– Чем этот крючкотвор тебе подгадил? – тем временем спросила Гам, понизив голос. – Хочешь, я ему вломлю?

– Он сказал Арунотаю, что Вачиравит ко мне неровно дышит, – сболтнула я, всё ещё туго соображая, и тут же вспомнила, что у Гам у самой были какие-то подозрительные чувства к Вачиравиту. – Но это вообще не так! И если он узнает, он меня… амарду скормит!

– Лисье отродье, – фыркнула Гам, и на мгновение мне показалось, что она обо мне. – Давай так. Ты его подведи к луже поглубже, а я подтолкну. Пускай морду свою наглую искупает!

Я невнятно помычала в ответ и двинулась вниз по тропе вслед за остальными. Макнуть Чалерма в лужу звучало заманчиво, но я не очень хотела выяснять, что он придумает мне в отместку.