От приятного момента их отвлек громогласный смех.
Оторвавшись от сладких губ Виолы, Эйден посмотрел на отца, который явно был очень доволен происходящим.
Райден подошел к ним ближе и замер. Цепкие глаза пробежались по лицу сына, которого он так долго и упорно искал. Несмотря на то что все его советники и друзья в один голос твердили, что пора забыть, Райден не сдавался, ведь Эйден был тем единственным, что осталось в этом мире от его любимой Элеоноры.
— Сын, — прогудел король, счастливо улыбаясь.
— Отец, — неловко откликнулся Эйден, не зная, как себя вести с этим человеком. Словно в поддержку, Виола провела рукой по его спине. Удивительно, но напряжение от встречи с настоящим родителем мгновенно испарилось. Эйден вдруг подумал, что со всем справится.
В конце концов, он больше не был один.
Глава 26
Глава 26
— Его сознание было слегка повреждено сильной ментальной атакой, но ничего непоправимого. Через пару дней он должен очнуться.
Именно так сказал лекарь, но Макмилиан не просыпался уже неделю.
— Думаете, с ним все будет в порядке? — как-то неуверенно спросила Ребекка, отрывая взгляд от лица принца. Она и сама не понимала, почему ощущает беспокойство.
По идее, все, о чем должны волноваться духи, — это благополучие хозяина. Именно так все и было до недавнего времени. Почему же сейчас она чувствует опустошение, когда смотрит на бессознательного человека?
— Лекарь сказал, что ведьма не причинила ему существенного вреда, — со вздохом сказала Виола.
Со дня, когда замок был захвачен, многое изменилось.
Для начала прежнего короля все-таки казнили. Из этого не стали делать представление. Райден, как и Эйден, склонялся к мысли, что народ не должен видеть, как умирают короли.
Тело ведьмы от греха подальше сожгли, опасаясь, что такая предприимчивая особа даже после смерти отыщет возможность восстать.
Эйден перерыл все ее вещи и нашел книгу, в которой подробно описывался ритуал для достижения бессмертия путем поглощения сердца ребенка, рожденного от долго подготавливаемой жертвы.
Взращенный кровью отца, лелеемый в чреве темной ведьмы, убитый в первый час своей жизни, да станет сердце его зельем, что продлит жизнь матери его на веки вечные.