— Быть того не может! — возмутился принц. — С чего ты взяла, глупая девчонка?

Ребекка лишь скептически на него взглянула, но не стала озвучивать очевидное.

— Как думаешь, сейчас самое время мне упасть в обморок? — прошептала Виола, ощущая, как по спине бежит холодный пот.

Трупы в подвале, сумасшедшие ведьмы, короли, принцы, перевороты, а теперь еще и привидение?! Кажется, пора в отпуск, иначе психика просто не выдержит!

Ребекка ничего на это не ответила, просто смотрела на Макмилиана. Она была рада его услышать, пусть и в таком нетипичном для него состоянии.

Сама Ребекка была духом, заключенным в специально созданную для него плоть, поэтому относилась к чужим изменениям с большим спокойствием. Правда, было немного интересно, что заставило Макмилиана покинуть свой сосуд.

— Что ты на меня так смотришь? — Макмилиан сложил руки на груди и отвернулся.

— Спасибо за цветы, — внезапно поблагодарила Ребекка, чувствуя, как ее лицо слегка нагрелось. — Они мне понравились.

— Да кому это интересно? — Макмилиан тоже смутился, а потом и вовсе отвернулся. — И вообще! Я не тебе их дарил. Ты совсем глупая, что ли? Кто ты и кто я?

Лицо Ребекки потемнело. Виолетта, немного отошедшая от шока, поглядела сначала на нее, потом на принца, а затем решила, что лучше оставить этих двоих наедине. В любом случае нужно было позвать на помощь. Она очень надеялась, что в этом мире найдется специалист по таким делам.

— Знаешь, — услышала она, когда выходила, — я ведь тоже могу сделать больно.

Когда Виолетта закрыла дверь в комнату, то услышала с той стороны крики. Судя по всему, Ребекка, будучи духом, отлично могла взаимодействовать с другими бестелесными сущностями. И прямо сейчас Макмилиан познавал эту нехитрую истину на своем опыте.

— Ай! — послышался из комнаты отчетливый крик. — Да, тебе я дарил их, тебе! Совсем дурная, что ли, бить меня?!

Виола усмехнулась. Она не понимала, что происходит, но была уверена, что как-нибудь они все вместе точно разберутся. Так и вышло. Правда, на помощь пришлось звать Мадлену.

— Она была сумасшедшей, — призналась ведьма после того, как поблагодарила их за избавление от Медеи, — но ковен никогда не вмешивается в чужие дела и другим запрещает. Они считают, что все происходит так, как должно произойти, будь то нечто плохое или хорошее.

Макмилиан, когда узнал, что сделал его отец, совсем поник.

— А стоит ли возвращать меня? — спросил он. — Вы ведь все равно меня казните.

Виола неловко поерзала на месте, украдкой бросая взгляды на хмурого Эйдена. Доля правды в этих словах была. Оставлять в живых сына Гелиоса было довольно глупо. Он ведь вполне мог потом отомстить.