Вытеснение. Глава XX
Следующие два дня прошли все в той же «домашне-нервно-смущающей» обстановке. Но Алекс и вправду смогла отдохнуть. Даже темнота не так пугала как раньше. И кот перестал шипеть. Смирился, наверное. Хотя все равно предпочитал находиться на расстоянии.
За это время Алекс узнала, что Кевин подрабатывал в местной больнице, чтобы практиковаться и набираться опыта. Он действительно был серьезно настроен насчет Гензиса: все свободное время посвящал учебе, чтению специальной литературы, просмотру медицинских каналов, посещению семинаров, конференций и лекций, от названий которых у Алекс начинала кружиться голова. Но она знала, что все у него получится. И даже завидовала. Ведь подсознательно ей тоже хотелось принести хоть какую-то пользу людям. Только времени оставалось не так много. Да и что она могла им предложить?
Утром Алекс разбудили яркие лучи солнца, упавшие на лицо через незашторенное окно. Она медленно, с надеждой, открыла глаза и… просто разрыдалась как дитя, заставляя еще больше расплыться и так нечеткое изображение комнаты. Но она видела. Видела длинные фисташкового цвета шторы, складками ниспадающие на паркетный пол, почти полностью накрытый белым ворсистым ковром; белые стены с широкой зеленой полосой, проходящей на уровне двуспальной кровати по всему периметру; квадратные картины в деревянных рамах с изображениями цветов: желтых, солнечных лилий и роз, оранжевых, позитивных цинний и георгин, белых, невинных лилий и хризантем. Вся мебель — четырехстворчатый платяной шкаф, комод, две прикроватные тумбы и трюмо — была выполнена в классическом стиле и не выбивалась из общей пастельной гаммы спальни. Алекс еще долго ходила по комнате, всхлипывая и рассматривая все вещи, будто видела их впервые в жизни. Она с трудом могла описать то щемящее ощущение счастья в груди, которое испытывала в тот момент. Ей не хотелось умереть в темноте. Хоть это и неотъемлемая часть смерти.
Добравшись до ванной комнаты, Алекс минут пять угорала с того, какая она была страшная. Нет, она, конечно, видела отеки и поужаснее, но… не на своем же лице! Ладно, она отберет всю косметичку у Джены, а точнее, заставит ее штукатурить, ведь рыжая сама как-то проговорилась.
Умывшись и причесавшись, Алекс наконец смогла нормально спуститься по лестнице, а не ковылять как подбитый кузнечик. Оказавшись в гостиной, она сразу же приметила серого пушистого кота, по-королевски развалившего на темно-синем диване между двумя белыми декоративными подушками, украшенными красной ветвистой вышивкой. И это был единственный яркий элемент во всей скучной серо-сине-черной комнате.