-Я помню чудное мгновенье- передо мной явилась ты…

Бессмертные пушкинские слова взволновали Барыню до слез, и, конечно, Серж был прощен. Теперь уже Натали подошла к организаторам и вызвалась станцевать мазурку. Их танец, еще более яркий и эмоциональный, чем ранее в ресторане, вызвал бурю восторгов, аплодисментов и комплиментов. Все были довольны, а дама с кавалером – больше всех.

Вечер завершился опять общим ужином в ресторане, а вот ночи любви не было - Натали решила быть более сдержанной, тем еще более распаляя и привязывая Сержа к себе. Поэтому они разошлись в снятые обществом номера гостиницы и отдыхали от бурного вечера.

Наши герои в прошлом тоже время зря не теряли- как раз сегодня должны были пойти в театр. Но сначала надо было завершить некоторые дела, а потом, не торопясь, приготовиться к развлечению. Кроме того, все еще раз обговорили, что не стоит так сильно показывать покупки, которые делали - большие траты у бедной провинциальной барыни были подозрительны. Они решили совершать их только в компании друг друга и уносить вещи в будущее сразу, чтобы потом забрать при приезде.

Миша поехал узнавать про возможность установки рессор на карету, а еще пришлось договариваться с хозяйкой о возможности проката фрака и подходящей к нему жилетки - все чуть не забыли об этой обязательной "спецодежде" мужчин для светских мероприятий. Хозяйка пообещала узнать про подходящий вариант за небольшую плату.

Обычно Миша был одет в костюм, сшитый ему Полиной по общим рисункам, сюртук его больше был похож на пиджак, а панталоны не были столько обтягивающими, скорее напоминали брюки, весь костюм был более похож на современный. Смотрелся он непривычно для этого времени, но был ему удобен и привычен, только вот по этикету именно во фраке мужчины должны быть в театре.

Варвара с Катюшей отправились по аптекам, а Наталья, выполнив все поручения напарницы по обмену покупками, чуть позже решила побывать в издательствах того времени и передать для опубликования рассказы и песни. Во-первых, она бы не отказалась бы от денег, а во-вторых, можно было сделать себе имя в свете как нового необычного автора стихов. Рассказы она решила печатать под мужским псевдонимом - женщины прозу пока активно не писали, это была прерогатива мужчин.

Журналов, тем более художественных, в это время было не так уж и много, в них все больше публиковались публицистические заметки, а расцвет именно художественной журналистики наступит позже и приоритете тут будет у Москвы, но кое-какие адреса были.

Решив не складывать "все яйца в одну корзину", Наталья сначала поехала в достаточно скромное издательство журнала "Улей", который был помесячным и выходил в Петербурге всего один год, как раз сейчас. Его она решила немного поддержать и привлечь читателей к этому симпатичному журналу.