Данте встречает моё предложение с каменным выражением лица. В отличие от Пьера Роя, который кажется изумлённым.

— Я точно знаю, что Лор вас поддержит, Маэцца.

Интересно, слушает ли сейчас Лоркан?

— Вы только подумайте, какой из этого может выйти союз!

Эпонина откашливается, и поскольку она ставит свой бокал на стол, я решаю, что игристое вино попало ей не в то горло.

Пьер закидывает руку на резную спинку своего кресла, и полностью поворачивается ко мне.

— У нас тут завёлся настоящий маленький дипломат, Данте.

Я смотрю на Данте, на челюсти которого медленно пульсирует мускул. Интересно, почему моё предложение так сильно его взволновало? Разве он не должен обрадоваться любой помощи в поисках сбежавшей ведьмы, которая совершенно точно желает ему скорейшей смерти? Он, может быть, и не заключал её в тюрьму самолично, но, как и сказал Маттиа прошлым вечером, она, скорее всего, точит зуб на каждого члена семьи Регио.

— Но я тут подумал, — Пьер наклонят голову, — зачем все эти сложности, когда правнучка Прийи сидит сейчас рядом со мной?

ГЛАВА 29

Слова Пьера заставляют меня так сильно напрячься, что, когда я сдвигаюсь на стуле, мои кости скрипят, точно старые половицы.

— О, я вам не нужна, Ваше Высочество. Я дефектная.

Пьер переводит внимание на мою пульсирующую сонную артерию. Лучше бы ему не представлять, как он перерезает её и использует то, что течёт по моим венам.

— Я совсем не обладаю магией.

Но мои слова не озадачивают его, поэтому я ставлю локоть на стол, наклоняюсь вперёд, хватаю слоеную булочку и, сжав её пальцами, подношу ко рту.

— И я ужасно неуклюжая. Я не создана для королевских приёмов.