Донна Виолетта закричала и прижалась к стене.

И то ли подействовала вода, то ли серебро, то ли эффект неожиданности, но тварь высунула язык сильнее и, издав звук, похожий на шипение, переходящее в визг, оттолкнулась от кровати и, в один прыжок оказавшись на подоконнике, тут же исчезла за портьерой. Као с яростным лаем бросился за ней, вцепился зубами в бархатную ткань и отодрал портьеру вместе с углом карниза, и тот рухнул на столик с микстурами. Несколько свечей опрокинулись, и в комнате того и гляди мог начаться пожар.

Всё произошло так быстро, в какие-то секунды. Просто это были очень медленные секунды, и всё, что видела Эмбер, происходило плавно, словно во сне, когда часть сознания видит всё со стороны. А затем время ускорилось, в тот же миг позади с шумом распахнулись двери, и в комнату вбежал Морис с пистолетом наперевес, а за ним гварды.

Крики донны Виолетты, собачий лай и голос Мориса, призывающий всех успокоиться, всё обрушилось на Эмбер разом. Сеньор Виго бросился к окну и содрал остаток портьеры вместе со вторым углом карниза, совершенно не думая о том, что тварь могла прятаться по ту сторону. А Эмбер принялась тушить свечи.

Твари уже не было. Возможно, она ускользнула в приоткрытую створку, а может, подобным тварям этого и не требовалось, но пёс тоже поставил лапы на подоконник и долго нюхал и его, и воздух из окна, а потом обежал кровать и уселся в изголовье с чувством выполненного долга.

С донной Виолеттой случилась настоящая истерика. И хотя она не видела твари, но всё остальное, произошедшее в комнате, напугало её так сильно, что Морису пришлось вывести сеньору де Агилар из спальни и передать в руки подоспевшей Делисии.

Сеньор Виго тут же выгнал всех из спальни, велев гвардам никого не впускать, оставив только Мориса и Эмбер, и подошёл к кровати, разглядывая отца. Дон Алехандро лежал, запрокинув голову, но сейчас дышал ровно и не бредил.

− Морис… Я, кажется, должен перед тобой извиниться, − произнёс сеньор Виго, обернувшись. — Я видел эту чупакабру собственными глазами. И я бы подумал, что мне привиделось и всё дело в тех каплях… Но Эмерт тоже её видел.

Сеньор Виго подобрал серебряную чашу и, повертев в руках, спросил у Эмбер:

− Как ты догадался?

− Я верю в силу святой воды, сеньор, − пробормотала она первое, что пришло в голову. — Ну и знаете, вряд ли такую тварь можно убить эбеновой тростью.

− Так значит, я не зря ношу с собой серебряные пули? А, хефе? — хмыкнул Морис и принялся обыскивать комнату. — То-то ты смеялся надо мной, но внезапно моя хрупкая теория превратилась в гранитный монумент. Значит, мы ищем колдовство?