Даледжем рассмеялся, посылая больше жара в живот Ревика, отчего тот подпрыгнул, затем вздрогнул от шока боли.
В итоге Ревик лежал там, тяжело дыша и стараясь отстранить свой свет.
Он всё ещё силился сохранять контроль, когда Даледжем легонько оттолкнул его рукой, покрепче сжал его волосы пальцами и потянул обратно на мат. Снова уложив Ревика практически на спину, он придавил его запястье.
— А ты опасный маленький мудак, — с любовью произнёс Даледжем.
Ревик вздрогнул от комментария про «маленького», но не заговорил.
Даледжем всё равно это почувствовал.
— Я имел в виду возраст, брат, — сказал он, закатив глаза и прищёлкнув языком. Он снова начал массировать тело Ревика свободной рукой, начиная с груди. — В остальном у тебя ничего не «маленькое», брат… и уж точно не это, — добавил он, сильнее притягивая его член своим светом.
На сей раз Ревик непроизвольно застонал, извиваясь, когда рука другого заставила очередной крик сорваться с его губ.
Когда к нему вернулось зрение, Даледжем хмурился.
— Почему ты воспринял мои слова таким образом? — спросил он.
Ревик издал очередной хрип, когда Даледжем снова начал к нему прикасаться.
— Пожалуйста, — произнёс он наконец. — Пожалуйста. Боги, пожалуйста. В итоге я подерусь с тобой по-настоящему. Богами клянусь. Я не сумею сдержаться, если ты мне не позволишь…
— Прекрати умолять меня, брат, — сказал Даледжем. — Поверь мне, я твёрд. Я пи**ец как тверд, Ревик. И ты определённо отсосёшь у меня.
Его слова прозвучали почти мягко, и боль Ревика усилилась.
Когда он поднял взгляд в следующий раз, глаза Даледжема смотрели более резко и хищно.
Хватка его рук сделалась крепче, пока те глаза изучали лицо Ревика.
— Ты получишь желаемое, брат, — пробормотал Даледжем, всё ещё всматриваясь в его глаза. — Мне непросто было сдерживать тебя так долго. Хотя признаюсь, какой-то части меня очень хочется узнать, что ты сделаешь, если я буду достаточно долго не давать тебе. Ты всё ещё сдерживаешься… особенно своим светом. Ты сильно сдерживаешься. Это сводит меня с ума, бл*дь, если хочешь слышать правду…
Даледжем наклонился, поцеловав его в губы и сместив свой вес так, что опять наполовину лежал на нём.
Ревик слегка застонал, чувствуя его вес на себе и ощущая, как усиливается боль.