— Пока что нет.

— Пожалуйста, — его голос прозвучал грубее, ниже. — Пожалуйста…

— Нет. Я пока не хочу кончать. И я наблюдал за тобой прошлой ночью. Тебе нравится делать минет, брат. Даже слишком нравится, если хочешь знать моё мнение.

Ревик покраснел.

На него накатило смущение, но и оно лишь вплелось в его боль.

Он прикусил губу, желая поспорить.

— Долго ты будешь наказывать меня за это? — прорычал он наконец. — За то, что я сделал прошлой ночью? Хотя ты знаешь, в каком бл*дском раздрае я пребывал?

— Столько, сколько захочу, брат.

Ревик издал стон, когда ладонь Даледжема снова принялась массировать его член.

Он почти и не замечал, что другой остановился, пока он не начал снова, и тогда каждое нервное окончание в его теле как будто вспыхнуло. Что бы Даледжем ни делал своим светом, это обострило все ощущения Ревика, каждый вздох и касание, каждый поцелуй и движение языка. Даледжем даже теперь притягивал его, отчего дыхание Ревика замирало в груди, а мышцы напрягались так сильно, что он едва мог пошевелиться.

Несколько долгих мгновений он вообще не мог думать.

Когда к нему вернулось зрение, он цеплялся за руки другого мужчины, и его свет настолько переплёлся с Даледжемом, что он едва мог видеть.

Даже не глядя, он понимал, что полностью удлинился.

Он почувствовал, как другой мужчина думает о том, чтобы трахнуть его, о соитии, и Ревик издал надрывный стон, крепче стискивая его.

— Я видел тебя, знаешь, — сказал Даледжем, меняя тему, но сохраняя прежний тон. — Ребёнком. Реально щенком. Когда мы делили свет.

Ревик не отвёл взгляд, но почувствовал, как к коже приливает тепло, а мышцы до боли напрягаются. Он снова постарался увидеть, о чём говорит другой мужчина, но на сей раз Даледжем нежно оттолкнул его от своего света.

— Тебе сейчас не нужно это видеть, Ревик.

— Ты мне не скажешь?

Даледжем посмотрел на него, затем медленно кивнул.

— Скажу, — ответил он. — Но не сейчас.