Нитиш сказал, что внутри была кость.

— Что находится под сталью? — спросила я.

— Череп моего отца.

Тогда ладно.

— Крышка сделана из костей моей матери. — Стыд исказил его лицо. — Я осквернил их могилы, чтобы сделать ее. В них обоих текла кровь ифритов. Я проверил их кости на предмет этого, и заключенная в них магия поможет сдержать его.

Да, если бы я была его женой, и он вывалил бы это все на меня, я была бы не в восторге.

— Римма была в ужасе. Она попросила меня лечь в больницу. Я отказался. Она попросила меня прекратить подвергать нашего сына насилию. Я сказал ей, что насилие, так или иначе, настигнет его. По крайней мере, мы можем подготовить его. Она думала, что у меня крыша поехала.

Он вздохнул.

— Моя жена — нежная женщина с мягким голосом, но когда дело касается нашего сына, она становится свирепой. На следующий день я пошел на работу, а когда вернулся домой, ее уже не было. Я нашел ее две недели спустя. Она отправилась в Оклахому и присоединилась к сообществу буффало-оборотней. Я попытался урезонить ее. Я оставался так долго, как мог, но мне стало ясно, что она не передумает.

— Бизоны-оборотни — стадные натуры, — сказал Кэрран. — И у них есть чип на плече. Как только она присоединилась к ним, они все стали ее защитниками.

Бахир кивнул.

— Да. Стало ясно, что мне придется убить их всех, чтобы добраться до нее или Эдуардо. Я любил свою жену и сына, но не мог заставить себя совершить еще больше насилия, и даже если бы я это сделал, что бы это решило? Я ушел и продолжил свою жизнь, тренируясь и надеясь, что, вырастая среди оборотней, мой сын научится достаточно, чтобы защитить себя, когда придет время. Тем временем моя жена снова вышла замуж. Ее муж усыновил моего сына. Она прислала мне табели успеваемости Эдуардо, где он был указан только как Эдуардо Ортего. Это дало мне надежду, что его будет трудно найти. Надежда была ложной, но я за нее держался.

— Каково его полное имя? — спросила Джордж.

— Эдуардо Бассам Амир-Моез. Его назвали в честь дедов. — Бахир вздохнул. — Видения утихли, и почти десять лет я не видел снов. Затем, год назад, они начались снова, более яркие, чем раньше. Шакуш набирал силу с каждой новой жертвой и подходил все ближе. Он пошел по следу моей семьи.

— На протяжении многих лет, наблюдая за зверствами, которые он совершал, я понимал, что это больше, чем я или мой сын. Аллах не возлагает на душу большего, чем человек может вынести. Я предназначен для этого. Это цель моей жизни. Если Шакуша не остановить, он станет чумой в этом мире, и я не позволю этому случиться. Но кузнец, который помог мне, умер, поэтому мне пришлось обратиться к Нитишу, чтобы закончить шкатулку. Я готовился к финальной битве. А потом я увидел сына и понял, что круг замкнулся. Я пытался поговорить с ним, но он меня не слушал, поэтому я наблюдал за ним, надеясь быть неподалеку, когда Шакуш нанесет удар. Я пытался дать ему оружие, которое дало бы хоть какое-то небольшое преимущество. Я пропустил атаку.