Кэрран ударил Ника предплечьем по затылку. Рыцарь рухнул на землю. Мир замедлился до ползания. Серьга мучительно медленно пролетела по воздуху, и пальцы Кэррана сомкнулись вокруг нее.
Шерсть Кэррана встала дыбом. Его лицо стало плоским. Он сделал медленный маленький шаг по направлению к кругу. Его глаза невидяще смотрели вдаль, будто он ослеп.
— У него не получится заполучить тебя, — сказала я ему. — Ты мой. Борись с ним. Борись с ним, Кэрран.
Мышцы на лице Кэррана задрожали, изменяя форму его головы. Его челюсти удлинились. Из челюстей выдвинулись большие клыки. Он становился чем-то чудовищным.
Еще один шаг. Его мех начал дымиться.
Я теряла его. Я чувствовала, как он ускользает за завесу магии джинна.
Я встала перед ним.
— Кэрран, ты любишь меня?
Он сосредоточился на мне. На его руке образовались залысины, кожа покрылась пузырями.
Прямо перед нами в воздухе начала формироваться фигура, полупрозрачная и слабая, но я узнала бы ее очертания где угодно. Джинн поискал в сознании Кэррана мощную эмоцию и нашел ненависть, которую он мог использовать. Он вызывал Хью д'Амбрея, потому что Кэрран хотел его убить. Если Кэрран клюнет на приманку, я потеряю его навсегда.
Я порезала предплечье. Моя кровь стекала по коже, увлажняя ее горячей жидкостью.
— Отдай мне серьгу. Если ты любишь меня, отдай мне серьгу.
Кэррана трясло, каждый мускул в его теле напрягся.
— Если ты когда-нибудь любил меня, ты отдашь ее мне. Просто разожми пальцы и дай ей упасть. — Моя кровь создала перчатку, повинуясь моей магии. Она должна защитить меня, по крайней мере, на несколько секунд.
Фигура Хью была почти осязаемой.
Кэрран зарычал. Его пальцы разжались. Серьга упала, и я поймала ее рукой в перчатке.