Я обхватила руками колени.

— Что ты имеешь в виду?

Зейн покачал головой.

— Я думал… Я думал, что знаю. Чёрт. Последние семь месяцев, я думал, что буду хотеть только одного человека. Как будто действительно хочу быть с ней, и это было то, что я чувствовал до той поры, пока ты не уложила мою задницу в тренировочном зале. Тогда я захотел тебя. Прямо там, на тех чёртовых матах. Ты даже не представляешь, как сильно я сдерживался, чтобы не сделать… — он сжал руку на коленях, костяшки пальцев побелели. — Я даже сомневаюсь, что когда-либо хотел её так сильно. Это было похоже, на чёртов удар в живот.

Мои губы приоткрылись.

— Это потрясло меня. Поэтому я отпрянул от тебя. Я никогда не чувствовал такой… сильной потребности в ком-то. Я… я не знаю, что делаю, когда речь заходит о тебе. Когда я с тобой, я не думаю о ней и уж точно не представляю её. Я вижу только тебя. Просто не знаю, что это значит. Всё, что я знаю, это то, что я никогда не хотел причинить тебе боль.

Я поверила ему.

Слёзы подступили к горлу, и я кивнула. Я действительно поверила ему, и почему-то мне захотелось отпустить всё и заплакать. Я отвернулась, не имея ни малейшего представления, куда это привело меня… нас.

Нет, это была ложь.

Я знала.

— Ты мне нравишься, Трин, и я забочусь о тебе. Я знаю, что это что-то да значит, — сказал он, и когда я не смотрела на него, я почувствовала, как он пальцами сжал мою челюсть, отводя мою голову назад, пока я не встретилась с ним взглядом. — И я реально хочу тебя. Чёрт, я вон из кожи лезу от желания обладать тобой, и я чувствую, что это так… будто меня тянет к тебе. Это самая сумасшедшая вещь. Такое чувство, что я знаю, где ты находишься, не глядя. Когда я сказал тебе в общине в Потомаке, что чувствую, будто знаю тебя, тогда я не был полон дерьма. Я серьёзно так чувствую, и я… Я не могу этого объяснить.

Но.

Между нами повисло «но».

Я нравилась Зейну. Он заботился обо мне. Он хотел меня. Но он был обожжён. Сильно. Вокруг него была возведена крепость, которая была связна не только с Лейлой, но и с его отцом и его собственным отношением к обязанностям своего клана. Он не знал, что ему нужно.

Может, и я не знала, какого это быть влюблённой или любить кого-то так, как любил он, но я думала… Я думала, что если тебе действительно кто-то нравится, ты понимаешь, есть ли у этих отношений будущее, даже если ты не знаешь человека неделями, месяцами или годами, ты просто знаешь. И если бы ты знал, что тебе кто-то нравится, ты бы протянул руку и схватил его. Ты бы погнался за ним.

И я знала, что он мне нравится, и я знала, что даже сейчас, когда всё так запутано, если бы он испытывал то же самое, я бы протянула руку и схватила его. Я бы погналась за ним.