- Я сейчас, а ты засыпай, - бабушка укрыла меня одеялом и, задернув шторки, пошла открывать.

Но я не могла улежать на месте и, осторожно подкравшись к двери, притаилась за шторами, прислушиваясь к разговору. Это была жительница деревни, еще молодая и довольно привлекательная женщина. Год назад она потеряла мужа, и теперь жила одна в большом кирпичном доме.

- Баб Дунь, ну помоги ты мне! Сколько же мне одной маяться? Я не обижу, ты не подумай…

- Что ж мне, от другой бабы оторвать и тебе пришить? – холодно поинтересовалась бабушка. – Не там счастье ищешь, Любаня. Ох, не там.

- А ты меня не суди, - в голосе женщины послышалась злость. – Я за свое счастье борюсь, а твое дело мне поспособствовать.

- Мое дело людям помогать, а не насиловать волю чужую, - резко ответила бабушка. – Иди домой, Люба, и мой тебе совет – найди свою судьбу, а не чужую примеряй.

Через минуту хлопнула дверь, и я услышала, как горько вздыхает бабушка.

- Знаю, не спишь. Иди сюда, Катюш.

Я вышла из-за шторки, и она усадила меня рядом с собой.

- Все слышала?

- Да, - кивнула я. – А что она хотела?

- Чтобы я чужого мужа к ней приворожила, - бабушка даже поморщилась от этих слов, а я удивленно спросила:

- А ты не можешь?

- Я много чего могу, только вот вреда не делаю. И вот тебе мой завет – никогда свой дар во зло не используй. Волю чужую не насилуй… Поняла меня?

- Да… - прошептала я, особо не понимая, о чем она говорит.

- Пойдем спать, поздно уже.

Потом, конечно, ко мне пришло понимание, о чем она меня предупреждала, и я строго следовала ее советам. А сейчас я смотрела на ее умиротворенное лицо, и меня душили слезы.

- Как же я буду без тебя? Оставила ты меня одну…

В этот день лило с неба, не переставая, и мокрая листва вместе с грязью прилипала к подошвам. Октябрь уже перевалил за середину, и холодные дожди смыли все золото, еще недавно сияющее под теплым солнцем. Мрачное, низкое небо давило своим полным влаги куполом, серые деревья печально раскачивались под порывами ветра, и в их кронах уже давно не пели птицы.

Было холодно, и пронзительные дуновения попадали за воротник, когда я медленно шла к воротам кладбища. Бабуля просила помин не делать, и после похорон я не спешила возвращаться в одинокий дом.